Апелляционное постановление № 22-399/2022 от 09.02.2022 Кемеровского областного суда (Кемеровская область)

Судья Шумова Ю.Г. Дело № 22-399/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 09 февраля 2022 года

Судья Кемеровского областного суда Андриянова И.В.,

при секретаре Дорожкиной О.П.

с участием прокурора Ливадного И.С.,

представителя потерпевшего Потерпевший №14 – адвоката Гильмутдинова &#0,&#0,&#0,&#0,,

осуждённого Масалова А.Н.,

защитника – адвоката Караваевой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (с дополнением) адвоката Караваевой Н.С. в защиту осужденного Масалова А.Н. и апелляционную жалобу осужденного Масалова А.Н., а также апелляционные жалобы потерпевших ФИО88 на приговор Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 октября 2021 года, которым

Масалов Андрей Николаевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в &lt,адрес&gt,, &lt,данные изъяты&gt,, ранее не судимый:

осужден по ч. 3 ст. 217 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, связанной с выполнением обязанностей по соблюдению правил безопасности на взрывоопасных объектах, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок основного наказания постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение с зачетом в срок наказания времени следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием из расчета один день следования за один день отбывания наказания.

На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 12.02.2019 по 14.02.2019 из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Апелляционное представление государственного обвинителя по делу Майорова В.В. отозвано до начала заседания суда апелляционной инстанции.

Доложив материалы дела, выслушав мнение осуждённого Масалова А.Н. и его защитника – адвоката Караваевой Н.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб стороны защиты и потерпевших, прокурора, представителя потерпевшего, полагавших приговор суда подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Масалов А.Н. осужден за совершение нарушения требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц.

Преступление совершено в ДД.ММ.ГГГГ в &lt,адрес&gt, при указанных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Караваева Н.С. в защиту осуждённого Масалова А.Н. просит приговор в отношении её подзащитного изменить, оправдать Масалова А.Н. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ.

Считает, что приговор Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11.10.2021 является незаконным и необоснованным, а выводы суда носят исключительно противоречивый и предположительный характер.

Указывает, что суд вынес приговор, который полностью продублировал обвинительное заключение в отношении Масалова А.Н., без оценки представленных стороной защиты доказательств.

Излагая фабулу инкриминированного Масалову А.Н. преступления и содержание доказательств стороны обвинения, обращает внимание, что доказательства стороны защиты: заключение специалиста ФИО11, показания свидетеля ФИО89 и иные доказательства не нашли полного отражения в приговоре, в то время как согласно протоколу судебного заседания, они были исследованы в судебном заседании.

Указывает, что судом дана неверная оценка показаниям свидетеля ФИО90, которые согласуются с другими доказательствами по делу и фактически свидетельствуют о невиновности Масалова А.Н.

Обращает внимание, что суд ошибочно указал в приговоре о частичном признании Масаловым А.Н. вины в предъявленном обвинении в ходе предварительного расследования, в то время как Масалов А.Н. вину никогда не признавал.

Приводя доводы о невиновности Масалова А.Н., фактически указывает на виновность других лиц – начальника смены Свидетель №29 и горного мастера Свидетель №17, бездействие которых, по мнению стороны защиты, привело к наступившим последствиям, что оправдывает Масалова А.Н.

Указывает, что судом фактически проигнорировано главное доказательство стороны защиты – постановление прокурора Шишкина Н.А. (т. 61 л.д. 3-5), не усмотревшего причинно-следственной связи между бездействием Масалова А.Н. и наступившими последствиями в виде гибели людей.

Оспаривая выводы эксперта, изложенные в заключении горнотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, ссылается на недопустимость этого доказательства, как полученного с нарушением ч. 2 ст. 195 УПК РФ, указывает при этом, что эксперт вышел за рамки своей компетенции и ответил на правовой вопрос, связанный с оценкой деяния, разрешение которого относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда, что противоречит положениям п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ№ «О судебной экспертизе по уголовным делам».

Указывает, что приговор в отношении Масалова А.Н. основан только лишь на предположениях, противоречиях и недоказанных выводах следствия о нарушении Масаловым А.Н. требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, в то время как исследованными в судебном заседании доказательствами с очевидностью подтверждено, что Масалов А.Н. ДД.ММ.ГГГГ в течение своей смены в соответствии с п. 2.21 Должностной инструкции горного мастера дважды осмотрел рабочие места в районе горной выработки 9-11 и проконтролировал правила безопасности, тем самым требования промышленной безопасности не нарушал, что свидетельствует об отсутствии одного из признаков объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ.

Кроме того, по утверждению стороны защиты, Масалов А.Н. не знал об окончании работы ФИО91, который не сообщил об окончании работы ни начальнику смены, ни горному мастеру, в связи с чем Маслов А.Н. не мог предвидеть возникшую дорожно-транспортную ситуацию, то есть между действиями (бездействием) и наступившими тяжкими последствиями, наступившими в результате аварии, отсутствует прямая причинно-следственная связь.

Защитник в жалобе также ссылается на нарушение председательствующим по делу принципа состязательности и равноправия сторон, считает, что сторона защиты была ограничена судом в возможности защищаться любыми, не запрещенными законом, способами.

Считает, что судом оставлены без оценки действия непосредственно начальника смены и горного мастера на момент инкриминируемого периода преступления, а также зона их ответственности в день падения потерпевших, то есть с 19.00 часов ДД.ММ.ГГГГ по 08.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, так как Масалов А.Н. не работал ни ДД.ММ.ГГГГ, ни во вторую смену ДД.ММ.ГГГГ.

Обращает внимание, что в обвинении не раскрыто содержание пункта 4.27 «Положения о нарядной системе», нарушение которого вменено органом следствия Масалову А.Н., а также неверно указано на то, что пунктом 38 «Правил безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ№, установлена обязанность горного мастера принимать меры к ограждению горных выработок, проездов к ним в местах, представляющих опасность падения в них людей, машин и механизмов, запрещать доступ работников в места, не соответствующие требованиям промышленной безопасности.

Указывает, что судом оставлены без внимания показания Масалова А.Н. о том, что он не знал и не мог знать о проводимых работах и привлеченных работниках в день происшествия, так как об этом его никто не уведомлял.

Отмечает, что обвинение не содержит указания, когда Масалов А.Н. предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в результате своего предполагаемого поведения, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий.

Кроме того, по мнению защитника, при рассмотрении дела осталось не выясненным, каким образом Масалов А.Н. слышал указания ФИО94, выдавшего наряд ФИО92 о производстве работ, в какой момент времени и какой именно наряд.

Считает, что многие свидетели, заявленные как свидетели обвинения, равно как и потерпевшие, не давали показания, изобличающие Масалова А.Н., в связи с чем отнесение данных лиц к стороне обвинения является необоснованным.

Ссылается на противоречия в заключении горнотехнической экспертизы, которые не были устранены при допросе эксперта ФИО93 в судебном заседании, то есть приговор суда построен на противоречивых доказательствах, а прямая ссылка суда в части выводов эксперта на вопрос 3.3. о причинно-следственной связи находится в абсолютном противоречии с позицией Пленума ВС РФ, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ№ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) О судебной экспертизе по уголовным делам.

Полагает, что судом необоснованно было отказано в ходатайстве стороны защиты о назначении повторной экспертизы.

Приводя доводы о порочности проведенной экспертом ФИО95 горнотехнической экспертизы, указывает, что следователем был предоставлен эксперту ограниченный перечень документов, не были предоставлены такие важные документы как табель учета рабочего времени за февраль 2019 года, в соответствии с которым в день трагедии у Масалова А.Н. был выходной день, что повлекло существенную ошибку в выводах эксперта.

Усматривает грубое нарушение ч. 2 ст. 195 УПК РФ, поскольку экспертиза была проведена негосударственным специалистом, в то время как приоритетное право проведения экспертиз по уголовным делам принадлежит государственным судебным экспертным учреждениям.

Считает, что выводы эксперта ФИО103 являются неясными, непонятными и с научно-правовой стороны необоснованными. Ссылается на показания эксперта ФИО104 в судебном заседании, который на вопросы стороны защиты пояснил, что при проведении экспертизы не руководствовался ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а руководствовался требованиями УПК РФ, что противоречит нормам упомянутого Федерального закона.

Ссылается на отсутствие в заключении указания на примененные при исследовании методики, а также на исследованные экспертом фотографии, схемы, графики.

Подводя итоги, указывает, что представленное органами следствия заключение горнотехнической экспертизы получено с нарушениями норм УПК РФ, является недопустимым доказательством и не может быть положено в основу обвинения.

Обращает внимание, что судом в приговоре доказательства, положенные в основу приговора, просто были перечислены из обвинительного заключения, без учета всех предоставленных стороной защиты доказательств.

Ссылается на показания допрошенного в судебном заседании специалиста — эксперта ФИО11, &lt,данные изъяты&gt,», является членом Ученого совета данного института и совета по защите кандидатских и докторских диссертаций по специальности «Охрана труда (горная промышленность), который указал на необоснованность выводов эксперта ФИО14, а также на то, что эксперт ФИО14 не обладает достаточными полномочиями и квалификацией для проведения горнотехнической экспертизы.

Указывает, что суд не привел в приговоре важную часть показаний свидетелей Свидетель №31, ФИО15, ФИО16, Свидетель №21, ФИО17, Свидетель №17, которые в судебном заседании поясняли об иных обстоятельствах в противоречие иным письменным доказательствам по делу.

Приводит доводы относительно последовательной позиции Масалова А.Н. о том, что на объекте ответственным лицом был начальник смены ФИО96 который был непосредственным руководителем в том числе Масалова А.Н. и именно ФИО97 сдавал смену начальнику смены и горному мастеру второй смены (Свидетель №29 и Свидетель №17), а кроме того Масалов А.Н. не мог предполагать, что в его входной день другими работниками будет принято решение о производстве работ на горе 1 участка 9-11, которым никаких поручений на дату падения вахтового автобуса он не давал.

Обращает внимание, что Масалов А.Н. во вторую смену ДД.ММ.ГГГГ и в первую смену ДД.ММ.ГГГГ не находился на производстве, так как у него был выходной, в связи с чем он не знал и не мог знать об отсутствии предохранительного вала, поэтому он не мог допустить инкриминируемое ему деяние по неосторожности, не мог предвидеть и предотвратить возможности наступления общественно опасных последствий своим бездействием и не имел возможности прибегнуть к необходимой внимательности и предусмотрительности.

Указывает, что суд не дал должной оценки позиции стороны защиты о том, что Масалов А.Н. не должен был в свой выходной день руководить работами, в связи с чем не мог являться лицом, ответственным за соблюдение правил безопасности при выполнении строительных работ, поэтому не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ.

Считает, что обвинение и как следствие приговор искажают суть локальных правовых актов: должностной инструкции горного мастера и Положения о нарядной системе, то есть что Масалов А.Н. не передал следующей смене всю информацию по своей смене, в то время как указанные правовые акты не содержат обязанности начальника смены и горного мастера одновременно передавать смену.

Указывает, что в данном судебном процессе были нарушен принцип равноправия сторон и право на защиту, а председательствующий по делу не создавал сторонам равноценных условий для исследования доказательств, напротив, препятствовал стороне защиты в исследовании доказательств, заявлении ходатайств, допустил некорректные вопросы по отношению к защитнику, относящиеся к статусу адвоката, уровню квалификации и другие.

Считает нарушением, что после провозглашения приговора председательствующим не было разъяснено сторонам право на ознакомление с протоколом судебного заседания и право подачи замечаний на него.

Обращает внимание, что дважды в установленные законом сроки обращалась с письменными заявлениями об ознакомлении с протоколом судебного заседания, однако протокол не был предоставлен для ознакомления, полагает, что отсутствие протокола судебного заседания не позволяло председательствующему постановить приговор, описательно-мотивировочная часть которого содержит доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности лица.

Ссылаясь на положения ст. 14, ч. 4 ст. 302, ст. 6, ст. 297 УПК РФ, находит постановленный в отношении Масалова А.Н. приговор не соответствующим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В дополнениях указывает, что 15.10.2021 ей была вручена копия приговора, в соответствии с которой Масалову А.Н. назначено наказание по ч. 3 ст. 217 УК РФ на срок 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с дополнительным наказанием, однако 22.10.2021 ей была вручена вторая копия приговора, в которой срок наказания в виде лишения свободы, назначенного Масалову А.Н., составляет 5 лет 6 месяцев лишения свободы. Считает, что данное обстоятельство порождает неустранимые сомнения о внесении в приговор изменений после его провозглашения, не предусмотренным законом способом, что расценивается как существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора.

Указывая на недостатки протокола судебного заседания, фактически излагает замечания на протокол, полагает, что допущенные неполнота и неправильность протокольной записи являются грубыми, носят систематический характер.

Обращает внимание на недостоверные сведения, содержащиеся в протоколе судебного заседания, о дате его изготовления 15.10.2021, в то время как она в этот день пыталась ознакомиться с протоколом по ранее поданному ею заявлению, в чем ей было отказано, кроме того, указывает, что письменный протокол не соответствует аудиозаписи судебного заседания, в части разъяснения порядка ознакомления с материалами дела, сроков и порядка подачи ходатайства об ознакомлении с протоколом судебного заседания и принесения замечаний, в аудиозаписи этих данных нет.

Ссылается на нарушение судом положений ч. 2 ст. 295 УПК РФ, поскольку суд, удаляясь в совещательную комнату для постановления приговора, не объявил время оглашения судебного решения.

Указывает, что в протоколе судебного заседания от 12.10.2021 стоит подпись секретаря судебного заседания Мироновой Д.А., которая в данном судебном заседании участия не принимала.

Полагает, что отсутствие в уголовном деле надлежаще оформленного протокола судебного заседания является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Ссылается на показания свидетелей Свидетель №17, Свидетель №29, Свидетель №22 и ФИО98 которые подтверждают доводы стороны защиты, что Свидетель №17 и Свидетель №29 не посещали в ночную смену ДД.ММ.ГГГГ площадку 9-11, где велись работы Свидетель №22 и ФИО99, иначе они бы увидели отсутствие предохранительного вала. Обращает внимание на значимость показаний свидетеля Свидетель №29, который пояснил, что смену не сдают одновременно горный мастер и начальник смены, кроме того, горный мастер не посещает вечернюю планерку, что подтверждает доводы стороны защиты, а также показаний свидетеля ФИО61, который не смог пояснить источник своей осведомленности по выводу о том, что Масалов знал о выданном наряде.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Идентичные по содержанию доводы приводит и осужденный Масалов А.Н. в своей апелляционной жалобе, считает приговор Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11.10.2021 незаконным и необоснованным, просит его по ч. 3 ст. 217 УК РФ оправдать.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №12 считает приговор в отношении Масалова А.Н. незаконным и необоснованным.

Считает, что суд необъективно оценил все имеющиеся в деле доказательства, а выводы суда носят исключительно противоречивый и предположительный характер.

Заявляет о невиновности Масалова А.Н. в инкриминированном преступлении, поскольку последний не работал в день аварии и в смену накануне, а виновными считает лиц, которые уже осуждены за совершение данного преступленияФИО100

Просит Масалова А.Н. по ч. 3 ст. 217 УК РФ оправдать.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №13 считает приговор в отношении Масалова А.Н. незаконным и необоснованным.

Считает необъективной оценку судом всех имеющихся в деле доказательств, а выводы суда противоречивыми и основанными на предположении.

Выражая несогласие с выводами суда о том, что передача смены осуществляется начальником смены и горным мастером, указывает, что смену обычно передает начальник смены или горный мастер, в практике не было случаев, чтобы смену передавали оба одновременно.

Считает, что показания свидетелей обвинения противоречивы, основаны на предположении, в обоснование этого ссылается на показания свидетелей Свидетель №31, ФИО15, ФИО16, Свидетель №21, которые в судебном заседании показали, что Масалов А.Н. достоверно знал об отсутствии предохранительного вала и выданном ФИО105 наряде, однако никто из указанных свидетелей не смог назвать источник своей осведомленности.

Обращает внимание, что суд не дал оценки приобщенному к материалам дела заключению специалиста ФИО11, из которого следует, что горнотехническая экспертиза по делу была проведена необъективно, с рядом существенных противоречий, экспертом, не имеющим достаточной квалификации в области горнотехнической отрасли.

Ссылаясь на положения УПК РФ, констатирует, что обвинительный приговор не может быть постановлен на предположениях, а все сомнения должны быть истолкованы в пользу обвиняемого, просит приговор изменить, Масалова А.Н. по ч. 3 ст. 217 УК РФ оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы защитника – адвоката Караваевой Н.С. (с дополнением), осужденного Масалова А.Н., потерпевших Потерпевший №13 и Потерпевший №12, представитель потерпевшего Потерпевший №14 — адвокат Гильмутдинов А.А., потерпевшая Потерпевший №2 просят приговор Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11.10.2021 в отношении Масалова А.Н. оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Названным требованиям уголовно-процессуального закона обжалуемый приговор в отношении Масалова А.Н. соответствует.

Вина Масалова А.Н. в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается достаточной совокупностью доказательств, приведенных в приговоре, получивших надлежащую оценку со стороны суда.

В основу приговора суд первой инстанции правильно положил показания свидетелей:

— ФИО21 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время при перевозке работников АО «Разрез Распадский» по территории Разреза, он обратил внимание, что дорога изменилась из-за горных работ и он свернул не туда, вернувшись на технологический проезд, он увидел слева дорогу, идущую вверх, данный заезд ничем огорожен не был, никакой предохранительной бровки (вала) не было, что подтверждало его мысли, что он едет правильным маршрутом, однако проехав некоторое расстояние, он понял, что ошибся и начал разворачивать автобус в обратном направлении, примерно за 10-15 метров он резко увидел обрыв, применил торможение, но автобус упал вниз кабиной вперед. Ему известно, что по нормам, регулирующим безопасность проведения работ, опасные участки Разреза должны быть огорожены преградительными валами (бровками), в данном случае никакого вала не было, при наличии такого вала он туда не поехал бы,

— ФИО19 о том, что ДД.ММ.ГГГГ он узнал, что на Разрезе произошла авария с вахтовым автомобилем, который упал в забой, где до этого работал экскаватор «Хитачи». Перед этим он обратил внимание, что с этой площадки, откуда затем утром упал вахтовый автомобиль, имеется съезд к технологической дороге, оставленный лопатой бульдозера, вполне пригодный для проезда,

— ФИО20 о том, что он &lt,данные изъяты&gt,ДД.ММ.ГГГГ работал в первую смену с горным мастером Масаловым А.Н. Утром были выданы наряды на работу, позже они начали объезд. В ходе объезда они с Масаловым А.Н. прибыли к участку IX-XI, который между собой на Разрезе называют «1-й горой». В указанном месте осуществлял работу экскаватор «Хитачи-26», который вел работы по зачистке площадки в забое. Он заметил, что от работы экскаватора был отсечен заезд на буровую площадку. Чтобы возможно было загнать буровую машину на площадку, ее нужно было предварительно зачистить, для чего необходимо было сделать заезд на нее. Для этого по рации он связался с машинистом бульдозера «02» — ФИО16 Данный бульдозер работал недалеко. По его вызову тот прибыл к указанному месту. Он визуально показал Герасимову в каком месте сделать заезд и какой ширины. Также он пояснил ФИО101 о необходимости дальнейшей зачистки площадки для бурения. Масалов А.Н. присутствовал при выдаче им наряда Герасимову на возведение заезда на буровую площадку и последующую зачистку этой площадки, с которой ДД.ММ.ГГГГ упал вахтовый автомобиль, но не на всем протяжении разговора, а только в начале разговора, потом ФИО1 отошел к забою экскаватора «Хитачи-26». Что именно мог слышать Масалов А.Н., он не знает. Конкретно на словах он не поручал Масалову А.Н. контролировать работу ФИО16, но Масалов А.Н. обязан был это делать в соответствии со своей должностной инструкцией. По возвращению ФИО1 в автомобиль он сказал ему, что выдал ФИО16 наряд на возведение бульдозерного заезда на указанную площадку и ее зачистку. Он сообщил Масалову А.Н. данные сведения, чтобы тот контролировал ход выполнения работ и соблюдение техники безопасности при их выполнении. Хотя он и не говорил Масалову А.Н. дословно о необходимости контролировать работу ФИО16, тот обязан был это делать, как только получил сведения о выдаче наряда на выполнение данных работ. Обязанности между начальником смены в части контроля за выполнением работ, соблюдением техники безопасности распределяются таким образом, что горный мастер, согласно должностной инструкции п. 2.21 обязан проводить не менее двух раз в смену осмотр состояния рабочих мест. Однако Масалов А.Н. ему о ходе осуществления контроля за работой бульдозера не докладывал. Масалов А.Н. при пересмене с Свидетель №29 и Свидетель №17 не присутствовал. Факт отсутствия Масалова А.Н. его не удивил, поскольку он полагал, что тот находится на территории Разреза, где осуществляет свои функциональные обязанности. Для осуществления объезда территории Разреза требуется по меньшей мере час, иногда больше или меньше – в зависимости от производственного процесса. В этот день Масалов А.Н. вполне мог осуществить объезд. Масалов А.Н. не выяснял у него сведения о выдаче им ФИО16 наряда на сооружение после окончания возведения заезда предохранительного вала. Также Масалов А.Н. не выяснял у него сведения о принятии им у ФИО16 результата проведенных работ по возведению заезда на площадку для бурения, а также сведения о возведении предохранительного вала в месте возведенного ФИО16 заезда на площадку для бурения. Сведения о проводимых ФИО16 вышеуказанных работах в книге нарядов горнотранспортного хозяйства Масалов А.Н. не вносил, равно как и не выяснял, внес ли эти сведения он. Масалов А.Н. и не выяснял у него информацию о передаче Свидетель №29 и Свидетель №17 сведений о проводимых ФИО16 работах по возведению заезда на площадку для бурения и отсутствии ограждения данной площадки,

— Свидетель №9, о том, что ДД.ММ.ГГГГ вышел на работу по графику, ехал на вахтовом автомобиле до своего рабочего места. Как выяснилось позже, рельеф маршрута был изменен, а водителя никто не уведомил. Заехав на площадку, с которой и упал автобус, увидели, что она подготовлена для взрывных работ, заезд огражден не был, там были следы от бульдозера. Высота бровки должна составлять не менее 1,8 метра,

— Свидетель №1, согласно которым он &lt,данные изъяты&gt,. Об аварии узнал ДД.ММ.ГГГГ, позднее состоял в комиссии по расследованию данного несчастного случая. По результатам комиссии установлено, что после выдачи наряда бульдозеристу, не контролировали выполнение этих мероприятий, по смене не передали обстоятельства работ и о невозведении предохранительных валов. Горным мастером был Масалов. Непосредственным руководителем в смену является начальник смены. Наряд первой смене выдавал ФИО102. Объём работ контролирует горный мастер. Во время пересменка обязательно участие горного мастера и начальника смены. После выдачи ДД.ММ.ГГГГ наряда машинисту бульдозера ФИО16 на производство работ по обустройству заезда на площадку, предназначенную для бурения, начальник смены ФИО20, а также горный мастер Масалов А.Н. должны были принять меры безопасности в целях избежания доступа автомобилей на указанную площадку, являющуюся опасным объектом из-за возможного падения с высоты около 8-11 метров, каждый из них должен был проконтролировать обустройство заезда и принятие мер к перекрытию заезда валом к окончанию работ своей смены ДД.ММ.ГГГГ, а также каждый из них должен был передать информацию о выполненной работе по смене горному мастеру второй смены ДД.ММ.ГГГГСвидетель №17 и начальнику смены Свидетель №29 Однако по окончании смены ни ФИО20, ни Масалов А.Н. не проконтролировали выполненные работы ФИО16 Кроме того, начальник смены и горный мастер также не дали указаний ФИО16 на возведение перед заездом предохранительного вала для предотвращения несанкционированного заезда на площадку,

— Свидетель №10 о том, что утром ДД.ММ.ГГГГ он узнал о падении вахтового автобуса. Он сразу же поехал на место происшествия. Прибыв на место, увидел, что вахтовый автобус лежал на боку. Заезд, по которому проехал автобус, не был перекрыт валом. Он состоял в комиссии по расследованию несчастного случая на производстве. В результате расследования ему стало известно, что одной из причин аварии явилось отсутствие предохранительного вала на площадку, подготовленную для бурения, а также не полная передача наряда с одной смены в другую, водитель не учел дорожные условия. ДД.ММ.ГГГГ Видус и Масалов давали наряд бульдозеру по зачистке площадки 9-11, но при этом не дали указание бульдозеристу перекрыть заезд по окончании работ. Тот, кто дает наряд, должен проконтролировать выполнение и безопасность этих работ — это регламентируется должностной инструкцией и положением о нарядной системе. Ответственность за организацию и функционирование нарядной системы в смене несут и начальник смены, и горный мастер в равной степени, они оба являются техническими руководителями в своей смене,

— Свидетель №11 о том, что заезд на площадку, подготовленную к бурению, с которой ДД.ММ.ГГГГ упал вахтовый автомобиль, был возведен ДД.ММ.ГГГГ в первую смену, где горным мастером был Масалов А.Н., а начальником смены являлся ФИО20 При этом в ходе выполнения работ не был возведен предохранительный вал. Перед началом первой смены ДД.ММ.ГГГГ водитель вахтового автомобиля ФИО21 в помещении нарядной получил устную информацию от начальника смены ФИО20 о расположении горного оборудования на территории Разреза и о местах доставки работников. ФИО21 в помещении «нарядной» получил маршрутный лист, после чего в вахтовый автомобиль под управлением ФИО21 сели работники Разреза и ФИО21 повез их к своим рабочим местам. Двигаясь по маршруту, ФИО21 заехал на площадку, подготовленную для бурения, и допустил съезд вахтового автомобиля в забой, в результате чего вахтовый автомобиль с рабочими упал с высоты порядка 11 метров, пострадало 24 работника Разреза. Основной причиной происшествия явилось отсутствие предохранительного вала перед заездом на указанную площадку. В данном случае был нарушен п. 15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом»,

— ФИО22, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте, выполнял свои трудовые функции. Около 07 часов 30 минут ему стало известно о произошедшем опрокидывании вахтового автомобиля, в результате которого погибли и пострадали люди. Авария произошла на 1-ой горе. На том участке был зачищен блок под бурение. Вахтовый автомобиль туда заезжать не должен был. Вместе с тем, как выяснилось в дальнейшем, в данном месте отсутствовали бровки, препятствующие проезду. При их наличии вахтовый автомобиль просто бы туда не заехал. Высота бровки согласно «Правилам безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом», должна составлять не менее половины высоты колеса наиболее крупного транспортного средства. В привязке к их предприятию высота бровок должна составлять порядка 1,5 м. Ответственными за отсыпку бровок на буровой площадке, где произошла авария, являются горный мастер и начальник смены,

— Свидетель №21, &lt,данные изъяты&gt, о том, что по выводам комиссии по расследованию случая с падением автобуса, основными причинами происшествия явились следующие: отсутствие предохранительного вала на площадку, подготовленную к бурению, что является нарушением п. 15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ N 488, горный мастер ФИО1 и начальник смены ФИО20 должны были дать указание машинисту бульдозера ФИО16 на возведение предохранительного вала при заезде на площадку и проконтролировать выполнение этих работ, но не сделали этого, нарушение требований «Положения о нарядной системе АО «Разрез Распадский», а именно Масалов А.Н. и ФИО20 не передали информацию о фактическом состоянии рабочих мест, о состоянии безопасности рабочих мест в части возведения заезда на буровую площадку следующей смене – Свидетель №29 и Свидетель №17 Таким образом, лицами, допустившими указанные выше нарушения, являются, в том числе: горный мастер Масалов А.Н., который не передал информацию о выполнении (невыполнении) наряда в свою смену следующей смене, то есть также не сообщил следующей смене о том, что на буровую площадку возведен заезд и там отсутствует предохранительный вал, не дал указаний на возведение предохранительного вала и не проконтролировал его возведение, хотя должен был минимум два раза посетить участок выполнения работ ФИО16,

— Свидетель №23, &lt,данные изъяты&gt, о том, что в его должностные обязанности входит руководство общей деятельностью отдела и др. Согласно «Правил безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом» обязанность сооружения предохранительных валов лежит на горных мастерах и начальниках смены. По окончании производства работ горный мастер или начальник смены должен проследить, чтобы экскаватором или бульдозером были сооружены предохранительные валы, поскольку это является важнейшим требованием безопасности. ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте, выполнял свои трудовые функции. Около 07 часов 40 минут ему стало известно о произошедшем опрокидывании вахтового автомобиля «НефАЗ» с №» в забой, в результате которого погибли и пострадали люди. Участок падения автомобиля не был огорожен предохранительным валом,

— ФИО16, который ДД.ММ.ГГГГ в первую смену находился на рабочем месте машиниста бульдозера и получил наряд на работу по перемещению горной массы. Около 10 часов по рации с ним связался начальник смены ФИО20 и сказал ему ехать на площадку между 1-й и 2-й горой Разреза, где ФИО106 ему устный наряд на выравнивание дороги, ведущей к данной площадке с нижней «полки», чтобы в дальнейшем по ней могла проехать буровая установка. Указание пересыпать въезд на площадку, к которой он выравнивал дорогу, после окончания работы не поступало, иначе он бы его выполнил,

— Свидетель №29, о том, что он работал ДД.ММ.ГГГГ во вторую ночную смену, смену передавал Видус, при передаче смены Масалов не присутствовал. Видус во время передачи смены ему не передавал, что был сделан заезд на площадку. Настаивает на том, что в течение его смены ДД.ММ.ГГГГ работы велись ниже того места, где упал автобус,

— Свидетель №30, согласно которым в 2019 году он работал руководителем инспекции по труду и возглавлял комиссию по расследованию несчастного случая на разрезе Распадский в 2019 году. Комиссия пришла к выводу, что причинами несчастного случая стали отсутствие ограждения (предохранительного вала) заезда на площадку, подготовленную к бурению, что является нарушением п. 15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ N 488, п. 38 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ N 599, нарушение технологической и производственной дисциплины, выразившиеся в несоблюдении лицами надзора на смене требований «Положения о нарядной системе АО «Разрез Распадский», в части согласования, формирования и утверждения наряда, а именно: не передачи информации для формирования наряда о выполнении (невыполнении) наряда в предыдущую смену о фактическом состоянии рабочих мест, о состоянии безопасности рабочих мест, о состоянии забойных и технологических автодорог, что является нарушением п.п. 2.3, 3.1, раздела 4 «Положения о нарядной системе АО «Разрез Распадский». Таким образом, лицами, виновными в происшествии являются, в том числе: Масалов А.Н., который, как горный мастер, при выдаче наряда не обеспечил проведение инструктажа (разъяснения) работникам особых мер безопасности при выполнении конкретных нарядов с записью в книге нарядов и с подписью исполнителя, не передал информацию для формирования наряда о выполнении (невыполнении) наряда в свою смену следующей смене (ДД.ММ.ГГГГ), не контролировал фактическое состояние на рабочих местах, не обеспечил посещение рабочих мест, забойных и технологических автодорог на предмет соблюдения требований безопасности, чем нарушил п.п. 2.3, 3.1, раздел 4 «Положения о нарядной системе АО «Разрез Распадский», пп. 2.4, 2.14, 2.16, 2.21, 2.24, 2.25 должностной инструкции горного мастера производственной службы АО «Разрез Распадский». Другими словами, Масалов А.Н. также не передал информацию для формирования наряда о выполнении (невыполнении) наряда в свою смену следующей смене (ДД.ММ.ГГГГ), то есть, зная о том, что ФИО20 бульдозеристу ФИО16 даны указания возвести дорогу на буровую площадку, не сообщил об этом следующей смене. Не выдал наряд бульдозеристу ФИО16 на возведение предохранительного вала. Кроме того, он не контролировал фактическое состояние на рабочих местах, то есть не посещал место работ бульдозериста ФИО16, в связи с чем не выявил нарушений требований безопасности, а именно отсутствие предохранительного вала, хотя обязан был лично посетить и проконтролировать выполняемые ФИО16 работы,

— Свидетель №31 о том, что на ДД.ММ.ГГГГ&lt,данные изъяты&gt,. Он не принимал участие при расследовании произошедшего несчастного случая. АО «Разрез Распадский» является опасным производственным объектом, на нем действуют требования промышленной безопасности опасного производственного объекта по добыче угля открытым способом в Российской Федерации. Площадка для бурения, с которой упал в забой вахтовый автомобиль, представляет опасность, поскольку с нее возможно падение людей, животных, машин и механизмов. В этой связи согласно п.п. 15, 414 Правил безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом это место должно быть перекрыто или огорожено предохранительным валом или защитной стенкой. Возведение предохранительного вала в данном случае могло быть произведено в любом месте от технологической дороги до площадки для бурения. Наряд на сооружение вала должен выдавать начальник смены и (или) горный мастер, в чью смену возводился заезд на площадку для бурения. В обязанности обоих этих должностных лиц входит осуществление постоянного контроля в течение смены за выполнением нарядов в смену, обеспечение требований промышленной безопасности. Не имеет значения, кто именно из них выдал наряд на выполнение заезда, они оба должны быть осведомлены обо всех выполняемых работах в их смену и осуществлять контроль независимо от того, кто выдал наряд. Это их прямые обязанности, предусмотренные их должностными инструкциями, а также актами, регулирующими требования промышленной безопасности на Разрезе. Кроме того, если на предыдущей смене горный мастер выдал наряд, то он должен уведомить горного мастера новой смены о выполненных нарядах,

А также показания других допрошенных лиц, в частности эксперта ФИО14, о том, что он проводил горнотехническую экспертизу по данному уголовному делу в феврале 2019 г. по факту гибели работников «Разрез Распадский». По итогам было составлено экспертное заключение. Был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чём расписался в своем заключении. Руководствовались при даче заключения материалами, предоставленными следователем, и нормативной базой, действующей на тот момент в РФ и в угольной промышленности предприятий, в том числе внутренними документами разреза Распадский: положением о нарядной системе, должностными инструкции горного мастера и начальника смены, водителя. Согласно заключению, причиной несчастного случая при проведении горных работ послужили, в том числе действия горного мастера, который по роду своей деятельности должен был посетить место производства работ и в случае каких-либо отклонений, принять меры. Он должен был дать команду бульдозеристам на возведение предохранительного вала для заезда на площадку и лично проконтролировать его возведение. Если горный мастер не успел проконтролировать возведение предохранительного вала, то он должен был передать другой смене, чтобы его возвели. Из материалов дела ему стало известно, что эти действия не были выполнены — это следует из протоколов допроса лиц, которые работали в ту смену, должностной инструкции и положения о нарядной системе. Из представленных материалов просматривалось, что ФИО1 не посещал горную выработку.

Сведения, сообщенные вышеуказанными свидетелями, экспертом объективно подтверждаются требованиями нормативно-правовых актов и локальных нормативных актов, действующих на предприятии, подробно изложенных в приговоре.

Виновность Масалова А.Н. также подтверждается: заключениями судебно-медицинских экспертиз, заключением горнотехнической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой непосредственной причиной несчастного случая, произошедшего при проведении горных и иных видов работ с ФИО23, ФИО24, Потерпевший №8, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, Потерпевший №14, ФИО21, Потерпевший №11, Потерпевший №12, Потерпевший №13 является падение вахтового автомобиля НефАЗ с людьми под обрыв вследствие отсутствия ограждения (предохранительного вала) и предупредительного знака в месте заезда вахтового автомобиля на площадку, подготовленную к бурению. В непосредственной причинной связи с гибелью ФИО23, ФИО24, Потерпевший №8, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, а также причинением тяжкого вреда здоровью Потерпевший №14, ФИО21, Потерпевший №11, Потерпевший №12, Потерпевший №13 находятся нарушения техники безопасности, нормативно-технических документов и нормативно-правовых актов, допущенные, в том числе горным мастером производственной службы АО «Разрез Распадский» ФИО1: ст.ст. 21, 214 Трудового кодекса РФ, ст. 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от ДД.ММ.ГГГГ № 116-ФЗ, должностной инструкции горного мастера производственной службы ЗАО «Разрез Распадский», п.п.9.2, 9.3, 10.3 «Положения о нарядной системе АО «Разрез Распадский», п.п. 8, 10, 15, 414, 415 «Правил безопасности при разработке угольных месторождений открытым способом», утвержденных Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) от ДД.ММ.ГГГГ№, п.п. 37, 38 «Правил безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) от ДД.ММ.ГГГГ№, а также иными письменными доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре.

Исследованные по делу доказательства суд оценил в соответствии с требованиями статей 87 и 88 УПК РФ, то есть с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности — достаточности для вынесения обвинительного приговора в отношении Масалова А.Н.

Установленным действиям осужденного судом дана верная юридическая оценка, которая сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Выводы суда о юридической квалификации действий Масалова А.Н. по ч. 3 ст. 217 УК РФ подробно мотивированы в приговоре со ссылкой на установленные фактические обстоятельства дела и суд апелляционной инстанции с данными выводами согласен.

Суд подробно указал, какие нарушения специальных правил и требований промышленной безопасности, действующих на опасных производственных объектах, допустил осужденный и в чем именно они выразились, сославшись в приговоре не только на нормативные правовые акты, которыми они предусмотрены, но и на конкретные нормы этих актов, установив при этом, что данные нарушения привели к смерти двух и более лиц.

Суд первой инстанции проверил все доводы Масалова А.Н. и его защитника, утверждавших о недопустимости доказательств, представленных стороной обвинения, в том числе заключения горнотехнической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. При рассмотрении ходатайства стороны защиты о признании доказательства недопустимым суд учитывал, имелись ли нарушения требований уголовно-процессуального закона в процессе назначения и проведения экспертизы, проведена ли она надлежащим лицом, обладает ли данное лицо необходимыми и досточными специальными познаниями, с учетом чего принимал мотивированное решение, нашедшее свое отражение в приговоре, с которым суд апелляционной инстанции согласен.

Каких-либо новых доводов и обстоятельств, которым суд первой инстанции не дал оценки при решении вопросов о допустимости или недопустимости доказательств, в апелляционных жалобах не приводится.

Вопреки доводам защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает тождественности обвинительного заключения и приговора, приговор суда содержит ссылку на доказательства, исследованные непосредственно в суде, мотивы принятых решений по вопросам, предусмотренным ст. 299 УПК РФ.

Стилистическое тождество приговора в части описания преступного деяния, совершенного Масаловым А.Н., с текстом обвинительного заключения не влияют на полноту установления судом фактических обстоятельств дела и юридическую оценку действий осужденного, не лишали участников уголовного судопроизводства права на справедливое судебное разбирательство, в связи с чем не является основанием для отмены обжалуемого судебного решения.

Суд апелляционной инстанции также находит несостоятельными доводы защитника о том, что доказательства стороны защиты, в частности заключение специалиста ФИО107, показания свидетеля ФИО108, не нашли отражения в приговоре.

Как видно из приговора, все доводы и версии, выдвигавшиеся стороной защиты в суде первой инстанции, тщательно проверены судом, получили надлежащую оценку и обоснованно отвергнуты по мотивам, изложенным в приговоре, что соответствует требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ.

Ссылка в приговоре на признание Масаловым А.Н. вины в предъявленном обвинении на стадии предварительного расследования не ухудшает положение осужденного и не искажает установленные судом фактические обстоятельства совершенного преступления, не влияют на степень доказанности виновности осужденного, и в то же время не подлежат исключению из приговора при отсутствии апелляционного повода с доводами об ухудшении положения осужденного.

Доводы жалобы защитника о невиновности Масалова А.Н. с обвинением иных лиц в нарушении требований промышленной безопасности, приведшем к смерти двух и более лиц, аналогичны доводам стороны защиты в суде первой инстанции, фактически направлены на переоценку положенных в основу приговора доказательств. Эти доводы судом тщательно проверены, оценены с соблюдением уголовно-процессуального закона, и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре мотивов принятых решений, которые сомнений в их законности не вызывают.

Суд апелляционной инстанции также считает, что показания свидетелей ФИО21, ФИО19, ФИО20, Свидетель №9, Свидетель №1, Свидетель №10, Свидетель №11, ФИО22, Свидетель №21, Свидетель №23, ФИО16, Свидетель №29, Свидетель №30, Свидетель №31, и других, эксперта ФИО14, заключения экспертов, иные письменные доказательства, положенные в основу приговора, с очевидность подтверждают тот факт, что Масалов А.Н., зная о выдаче начальником смены ФИО20 указания на возведение подъездного пути на площадку для бурения участка IX-XI, не выдал сотрудникам Разреза наряд на возведение ограждения подъездного пути на данную площадку для воспрепятствования движения в указанном месте автотранспорта, людей и животных, не передал указанную информацию начальнику смены Свидетель №29 и горному мастеру смены Свидетель №17 для принятия мер к устранению нарушений, не контролировал фактическое состояние на рабочих местах, не обеспечил посещение рабочих мест, забойных и технологических автодорог на предмет соблюдения требований безопасности, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также смерть двух и более лиц.

Доводы стороны защиты о том, что Масалов А.Н. не работал в день трагедии, а также в смену накануне, не опровергают выводы суда о виновности Масалова А.Н. в инкриминированном преступлении, поскольку из совокупности доказательств следует, что негативные последствия преступления стали возможны именно вследствие несоблюдения требований нормативных и локальных актов Масаловым А.Н. и иным лицом, в отношении которого постановлен обвинительный приговор, допущенных ими во время смены ДД.ММ.ГГГГ, когда водителю бульдозера ФИО16 был выдан наряд на производство работ по возведению заезда от технологической дороги на площадку для бурения участка IX-XI АО «Разрез Распадский». В этой связи ссылка защиты, что Масалов А.Н. не должен был в свой выходной день руководить работами, в связи с чем не мог являться лицом, ответственным за соблюдение правил безопасности, поэтому не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ, является несостоятельной.

Позиция осужденного и его защитника о невиновности Масалова А.Н. в совершении преступления, объяснима целями защиты от предъявленного обвинения, а доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оснований для которой не имеется, поскольку нарушений норм уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств судом не допущено.

Ссылка защитника на наличие в материалах уголовного дела постановления прокурора Шишкина Н.А. от 14 февраля 2020 года о возвращении уголовного дела для производства дополнительного расследования сама по себе не свидетельствуют о нарушении норм УПК РФ или об отсутствии в действиях Масалова А.Н. состава преступления, за которое он осужден обжалуемым приговором, поскольку следователь, после возвращения заместителем генерального прокурора уголовного дела для производства дополнительного расследования и устранения недостатков, проводил дополнительные следственные действия, Масалову А.Н. было предъявлено новое обвинение (т. 62 л.д. 2-28). Кроме того, как следует из материалов уголовного дела, в мае 2020 года обвинительное заключение по данному уголовному делу было утверждено тем же заместителем Генерального прокурора РФ Шишкиным Н.А., который с доводами следствия в части обвинения Масалова А.Н. согласился.

Доводы защитника о том, что свидетели обвинения и потерпевшие не давали показания, изобличающие Масалова А.Н. в инкриминируемом преступлении, в связи с чем ссылка на них, как на доказательства стороны обвинения является необоснованной, не основаны на законе.

Исходя из положений ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, к таким обстоятельствам относятся: событие преступления, виновность лица в совершении преступления, обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, характер и размер вреда, причиненного преступлением и другие обстоятельства, предусмотренные ч. 1 ст. 73 УК РФ, в связи с чем отнесение к доказательствам стороны обвинения показаний потерпевших, свидетелей, прямо не изобличающих Масалова А.Н., но содержащих иные сведения о событии преступления, причинённом вреде, не является нарушением уголовно-процессуального закона.

Существенных противоречий в показаниях свидетелей Свидетель №31, ФИО15, ФИО16, Свидетель №21, ФИО17, Свидетель №17, отраженных в протоколе судебного заседания и изложенных в приговоре, которые могли бы повлиять на выводы суда, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам защитника, не усматривает.

Председательствующим по делу судьей не допущено нарушений принципов состязательности и равноправия сторон, а также объективности и беспристрастности при рассмотрении данного уголовного дела.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий по делу создал сторонам обвинения и защиты равные условия для реализации ими их процессуальных прав и обязанностей.

С учетом мнений сторон и в порядке ст. ст. 271 и 335 УПК РФ разрешались заявленные ходатайства в отношении имеющихся в деле доказательств и порядка их исследования.

Все ходатайства были разрешены председательствующим после их тщательного обсуждения со сторонами. Отказ в их удовлетворении председательствующим мотивирован, а законные и обоснованные ходатайства удовлетворены.

Поэтому довод адвоката Караваевой Н.С. о якобы допущенном судом нарушении положений ст. 15 УПК РФ не соответствует действительному ходу процесса и является несостоятельным.

Несогласие защитника Караваевой Н.С. с принятыми судом решениями по различного рода ходатайствам, заявленным стороной защиты, как и с их мотивировкой, является выражением позиции стороны защиты и не свидетельствует о нарушении принципа равенства сторон перед судом.

Доводы защитника о том, что председательствующим после провозглашения приговора не было разъяснено сторонам право на ознакомление с протоколом судебного заседания и право подачи замечаний на него, не влияют на законность обжалуемого судебного решения. Как видно из протокола судебного заседания от 03 июля 2020 года, председательствующим в подготовительной части судебного заседания подсудимому были разъяснены процессуальные права, в том числе право, предусмотренное ст. 259 УПК РФ, по окончанию судебного разбирательства сторона защиты воспользовалась правом на ознакомление с протоколом судебного заседания и принесение замечаний на протокол судебного заседания, то есть свои процессуальные права реализовала. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает в действиях председательствующего существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона, влекущего отмену приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника Караваевой Н.С., изготовление протокола судебного заседания не является обязательным условием постановления приговора, что корреспондирует положениями ст. 259 УПК РФ, в которой прямо указано, что протокол судебного заседания изготавливается после окончания судебного разбирательства.

Протокол судебного заседания по настоящему делу соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Вопреки доводам защитника, он позволяет суду апелляционной инстанции проверить законность и обоснованность принятого судом итогового решения по делу. Все замечания защитника на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим в соответствии с положениями ст. 260 УПК РФ и с вынесением по ним мотивированного постановления.

Удостоверение судом замечаний на протокол судебного заседания, вопреки доводам защитника о незаконности в связи с этим приговора, так как он постановлен без учета внесенных в протокол изменений, не может повлиять на правильность выводов суда по основным вопросам, отраженным в приговоре. Внесенные в протокол изменения не имеют существенного значения для дела, не влияют на законность принятого решения.

При постановлении и провозглашении приговора судом положения статей 298, 303, 310 УПК РФ нарушены не были. Доводы апелляционных жалоб о существенном отличии содержания провозглашенного в судебном заседании приговора от копий приговора в части назначения наказания осужденному, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Как следует из аудиозаписи судебного заседания, суд, провозглашая резолютивную часть приговора, огласил, что Масалову А.Н. за совершенное преступление назначено основное наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев, что соответствует оригиналу приговора, в связи с чем доводы защиты в этой части отклоняются как необоснованные.

Доводы защитника о несвоевременном изготовлении протокола судебного заседания, наличии в протоколе подписи секретаря судебного заседания, которая в зале суда при провозглашении приговора не присутствовала, опровергаются сведениями из протокола судебного заседания и материалами дела, которым суд апелляционной инстанции доверяет.

Все иные доводы жалоб фактически сводятся к переоценке собранных по делу доказательств, к чему оснований не имеется. Тот факт, что оценка, данная судом собранным доказательствам, не совпадает с позицией авторов жалоб, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены приговора в отношении осужденного Масалова А.Н.

Наказание осужденному Масалову А.Н. назначено с соблюдением требований ст. 6 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного по неосторожности преступления, отнесенного к категории преступлений средней тяжести, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности виновного, влияния наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Сведения, характеризующие Масалова А.Н., его социальное и семейное положение, в том числе, связанное с наличием у осужденного &lt,данные изъяты&gt, ребенка, исследованы судом полно, всесторонне и учтены при назначении наказания.

Других обстоятельств, смягчающих наказание, которые бы не были учтены судом, суд апелляционной инстанции не находит.

Судом основано не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, то есть обстоятельств, предусмотренных статьей 64 УК РФ.

Оценивая вышеприведенные обстоятельства в совокупности, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, совершенного Масаловым А.Н., суд пришел к правильному выводу о невозможности его исправления без изоляции от общества, в связи с чем, назначил ему наказание в виде реального лишения свободы.

Обоснованность назначения дополнительного наказания у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений, поскольку совершенное преступление связано с несоблюдением осужденным правил безопасности на опасных производственных объектах.

Выводы суда в этой части мотивированы в приговоре и суд апелляционной инстанции с ними согласен.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1 УК РФ, то есть для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую, а также для назначения Масалову А.Н. более мягкого вида наказания чем лишение свободы, в том числе в виде принудительных работ, судом не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

При этом, в соответствии с пунктом а части 1 статьи 58 УК РФ для отбывания наказания суд правильно назначил осужденному колонию-поселение.

Таким образом, назначенное наказание по своему виду и размеру, является справедливым, поскольку находится в пределах, предусмотренных уголовным законом, соответствует совершенному преступлению, данным о личности осужденного, а также отвечает целям наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений аналогичного характера.

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по уголовному делу не допущено.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Исходя из требований ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого.

В силу ч. 3 ст. 240 УПК РФ, приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В основу приговора судом положены протоколы опроса ФИО30, Свидетель №1, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, Свидетель №17, ФИО36, Свидетель №19, Свидетель №11, Свидетель №22, которые, согласно протоколу судебного заседания, не были исследованы, что по мнению суда апелляционной инстанции влечет исключение из приговора ссылку на данные протоколы как на доказательства, подтверждающие вину Масалова А.Н.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что исключение указанных доказательств из приговора само по себе не свидетельствует о его незаконности и (или) необоснованности в целом, поскольку он постановлен на достаточной совокупности иных доказательств по уголовному делу, отвечающих требованиям закона.

Иных оснований для отмены и (или) изменения обжалуемого приговора по материалам уголовного дела не усматривается.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст.ст. 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 октября 2021 года в отношении Масалова Андрея Николаевича изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора из перечня доказательств следующие доказательства: протоколы опроса ФИО30, Свидетель №1, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, Свидетель №17, ФИО36, Свидетель №19, Свидетель №11, Свидетель №22

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу (с дополнением) адвоката Караваевой Н.С. в защиту осужденного Масалова А.Н., апелляционную жалобу осужденного Масалова А.Н., а также апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №12, Потерпевший №13 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное производство по апелляционному представлению государственного обвинителя Майорова В.В. в связи с отзывом апелляционного представления – прекратить.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, — в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. Кассационные жалобы, представление подаются через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В. Андриянова