Апелляционное постановление № 22-1618 от 13.09.2013 Сахалинского областного суда (Сахалинская область)

судья Проворов С.Е. дело № 22-1618

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Южно-Сахалинск

13 сентября 2013 года

Судья Сахалинского областного суда Проворчук В.А.

при секретаре Черных Е.С.,

с участием:

осужденного Кирьянова О.В.,

законного представителя потерпевшей Янашек А.П. – Егуповой Н.А.,

прокурора отдела прокуратуры Сахалинской области Прокофьевой С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного Кирьянова О.В. на приговор Долинского городского суда Сахалинской области от 30 апреля 2013 года, которым

Кирьянов О.В., &lt,данные изъяты&gt,

осужден по:

ч. 2 ст. 143 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08 декабря 2003 года № 162-ФЗ) к 02 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 02 года 06 месяцев с лишением права занимать руководящие должности, связанные с обеспечением техники безопасности и охраны труда, сроком на 02 года,

в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ на осужденного Кирьянова О.В. возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, проходить регистрацию в органе, осуществляющем контроль за поведением условно осужденного, в дни, установленные уголовно-исполнительной инспекцией,

на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 8 ст. 302 УПК РФ Кирьянов О.В. освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Заслушав доклад судьи Проворчука В.А., изложившего краткое содержание оспариваемого приговора, а также существо апелляционной жалобы и дополнений к ней, выслушав объяснения осужденного Кирьянова О.В., просившего об отмене приговора суда и мнение прокурора Прокофьевой С.А. об оставлении решения без изменения, суд апелляционной инстанции

у с та н о в и л:

приговором суда Кирьянов О.В. признан виновным и осужден за нарушение правил техники безопасности и иных правил охраны труда, лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих правил, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно приговору, преступление Кирьяновым О.В. совершено в &lt,адрес&gt, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Кирьянов О.В. выражает несогласие с приговором, поскольку выводы суда, изложенные в нем, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Подробно излагая показания, которые он давал в судебном заседании, указывает, что с ДД.ММ.ГГГГ стал работать главным инженером в &lt,данные изъяты&gt, на карьере &lt,данные изъяты&gt,. При этом должностная инструкция главного инженера карьера с указанием в ней несоответствующей действительности даты составления, была изготовлена, подписана и предоставлена им, Кирьянов, на утверждение директору &lt,данные изъяты&gt, К О.В. после несчастного случая. Данные действия он совершил с целью помочь К О.В. избежать возможных неблагоприятных последствий.

Обращает внимание, что он неоднократно предлагал директору &lt,данные изъяты&gt, принять на работу механика — специалиста по механизированному оборудованию, однако в этом ему было отказано.

Вопреки требованиям ст. 212 Трудового кодекса РФ, а также п. 2.3.1 Постановления Минтруда РФ, Минобразования РФ от 13 января 2003 года № 1/29 «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны руда работников организаций» К О.В. после приема на работу не организовала его обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, а также обучение и проверку знаний по охране труда.

Вопреки выводам суда, ссылаясь на нормы закона, указывает, что работодатель должен был отстранить его от работы как работника, непрошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда.

Считает, что в акте № 1 о несчастном случае на производстве комиссия намеренно скрыла, что он, Кирьянов, не аттестован по охране труда.

Отмечает, что в технической документации на дробильно-сортировочную установку ПДСУ-25 не имеется сведений об ограждениях на транспортерах, при этом данная установка была принята в эксплуатацию комиссией как опасный производственный объект 19 апреля 2010 года в его отсутствие.

Указывает, что его показания о том, что он не был ознакомлен с должностной инструкцией главного инженера карьера до несчастного случая подтверждаются показаниями свидетеля К Ю.Ю., а также отсутствием в акте о расследовании несчастного случая указания на данную инструкцию. Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что на период расследования несчастного случая должностная инструкция главного инженера отсутствовала, в связи с чем он не может быть привлечен к ответственности за ее нарушение. По мнению автора жалобы, к показаниям свидетеля П О.В., который утверждал, что на момент расследования несчастного случая инструкция находилась у него, Кирьянова, необходимо отнестись критически, поскольку они не согласуются с материалами дела. Согласно перечню прилагаемых к акту № 1 о несчастном случае документов должностная инструкция главного инженера представлена не была.

Обращает внимание, что на трудовом договоре поставлен оттиск печати отдела кадров, а на должностной инструкции — печать ООО &lt,данные изъяты&gt,. Кроме того, в должностной инструкции до сих пор не имеется даты ее утверждения. Отмечает, что стороной обвинения не представлено документов, подтверждающих регистрацию должностной инструкции главного инженера в соответствующих журналах.

Выражает несогласие с выводами суда о необеспечении им ежесуточного контроля за эксплуатацией оборудования и механизмов на карьере. Считает, что данные выводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании и не согласуются с заключением № 22.

Вопреки выводам суда указывает, что согласно личной карточке прохождения инструктажа по технике безопасности, имеющейся в материалах дела, при переводе ДД.ММ.ГГГГ с учеником дробильщиком Я П.Э. был проведен инструктаж и обучение безопасным методам работ на рабочем месте. Это обстоятельство подтверждается и тем, что в журнале регистрации инструктажей по охране труда имеется отметка об этом.

Из показаний свидетеля П С.В. и других очевидцев несчастного случая следует, что он, Кирьянов, не давал задание Я П.Э. включать конвейер, устранять пробуксовку ленты способом подсыпки.

В соответствии с п. 2.3.93 ПОТ РМ – 029-2003 устранение пробуксовки конвейерной ленты необходимо производить при остановленном конвейере способом натяжения ленты, предусмотренном в конструкции конвейера. Согласно заключению № 22 о соответствии (несоответствии) условий труда установленным государственным нормативным требованиям охраны труда причина несчастного случая, учитывая, что работы проводились со снятым ограждением, заключается в том, что пробуксовка конвейерной ленты устранялась Я П.Э. с помощью подсыпки. Кроме того, в судебном заседании свидетель П С.В. описывая данные обстоятельства указал о нахождении Я О.В. на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Вместе с тем, суд не дал надлежащей оценки показаниям данного свидетеля.

В материалах дела имеются сведения о том, что Я О.В. был ознакомлен с должностной инструкцией № 103, следовательно, знал требования, необходимые для соблюдения им правил по охране труда. Таким образом, автор жалобы считает, что несчастный случай произошел по небрежности потерпевшего, однако суд не дал этому обстоятельству надлежащей оценки.

Осужденный полагает, что суд необоснованно признал показания свидетеля К Ю.Ю. недостоверными. Не согласен с выводами суда о том, что показания свидетелей К О.В. и С А.К.. являются достоверными, поскольку указанные лица, по его мнению, пытаясь выгородить себя и избежать ответственности, оговорили его.

Отмечает, что суд необоснованно положил в основу приговора показания свидетеля Б Н.Г., оглашенные в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, поскольку они существенно противоречат показаниям свидетеля Б Н.Г., данным им на предварительном следствии. Кроме того, свидетель Б Н.Г. заявил в судебном заседании, что в ходе допроса следователь Б Е.О. не сообщила ему, что он допрашивается в качестве свидетеля, документ, который ему представили после разговора со следователем, он подписал не читая. Обращает внимание, что согласно протоколу допроса в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ, был допрошен Б Н.Г., а в приговоре суд дает оценку показаниям Б К.Г., хотя из акта о приемке в эксплуатацию ОПО ПДСУ-25 от 19.04.2010 года следует, что начальником карьера являлся Б З.Г.

Указывает, что показания свидетеля К А.В. о том, что он не имеет никакого отношения к карьеру &lt,данные изъяты&gt, опровергаются показаниями свидетелей П А.В., К О.В. и актом «О приемке в эксплуатацию ОПО Дробильно-установочной установки ПДСУ-25 на карьере «Южный Соколовский», в котором содержатся сведения о том, что он, являясь инженером &lt,данные изъяты&gt, состоит в комиссии и принимал установку ПДСУ-25 в эксплуатацию.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Полагает, что если суд, учитывая заключение эксперта № 22, сделал вывод о том, что установка ПДСУ-25 не является техническим устройством, расположенным на опасном производственном объекте, то соответственно, ему незаконно были вменены нарушения правил техники безопасности. Вместе с тем, установка ПДСУ-25, согласно перечню типовых видов опасных производственных объектов для целей регистрации в государственном реестре, утвержденному приказом Ростехнадзора от 05 марта 2008 года № 131, является техническим устройством, расположенным на опасном производственном объекте — промышленной площадке карьера «Южный Соколовский».

Излагая показания свидетеля М С.Г., данные им в судебном заседании, отмечает, что объект, на котором произошел несчастный случай, подконтролен Ростехнадзору. При этом комиссионный акт о расследовании несчастного случая нельзя признать достоверным доказательством, поскольку в состав комиссии не был включен представитель Ростехнадзора, то есть он был составлен в нарушение требований ст. 229 ТК РФ.

Выражает несогласие с выводами суда о признании допустимым доказательством по делу протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ в &lt,данные изъяты&gt,, поскольку обыск был произведен руководителем следственного отдела К А.В., в производстве которого находилось данное уголовное дело, с участием старшего следователя следственного отдела М И.М., в то время как по данному делу не было принято решение о создании следственной группы. Таким образом, ссылаясь на нормы закона, просит исключить из числа доказательств протокол обыска от 30 марта 2011 года. Отмечает, что изъятые в ходе данного обыска документы, при указанных обстоятельствах не имеют доказательственного значения.

Обращает внимание, что изначально в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, однако впоследствии следователь перепредъявила обвинение на ч. 2 ст. 143 УК РФ, чем нарушила его права, гарантированные ст. 46 УПК РФ, знать, в чем он подозревается и лишила его возможности защищать свои интересы.

Не соглашается с выводами суда о том, что его права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, при назначении и проведении экспертизы от 14 марта 2013 года № 22 были соблюдены, поскольку в заключении эксперты лишь указывают на то, что он нарушил требования должностной инструкции.

Вывод суда о том, что ранее он, Кирьянов, работал в должности главного инженера в другой организации, а, следовательно, у нового работодателя не возникло обязанности отстранить его от работы по причине не прохождения обучения по охране труда, является ошибочным.

Отмечает, что суд не учел его пояснения о том, что техническая документация завода-изготовителя на ПДСУ-25 в материалах уголовного дела отсутствует. При этом, по мнению автора жалобы, документы отдельных узлов с других дробильных установок были представлены следователем Б Е.О. как техническая документация завода-изготовителя. Считает, что установка ПДСУ-25, которая стала источником опасности, являлась оборудованием, представлявшим собой угрозу для жизни и здоровья человека. Таким образом, по халатности владельцев и работодателей произошел этот несчастный случай, в котором обвинили его.

Указывает, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о наличии и работоспособности всех защитных приспособлений для ПДСУ-25.

Суд необоснованно отверг его довод о том, что работодатель нарушил трудовое законодательство, незаконно переведя Я П.Э. с арматурного цеха на карьер. При этом ученику дробильщику Я П.Э. не был назначен наставник, он был переведен на другую работу не пройдя медицинского осмотра. Кроме того, с Я П.Э. не был заключен ученический договор, который являлся дополнением к трудовому договору.

Обращает внимание, что суд необоснованно отверг довод защиты о том, что Я П.Э. находился на рабочем месте в состоянии легкой степени алкогольного опьянения. Из заключения эксперта от 14 марта 2011 года № 22 следует, что причиной несчастного случая, кроме прочих, является нахождение работника в состоянии алкогольного опьянения.

Осужденный оспаривает взыскание с него расходов на оплату услуг представителя потерпевшего, так как на его иждивении имеется несовершеннолетний ребенок и в связи с избранной в отношении него меры пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении он не имеет возможности устроиться на работу и выплачивать указанную сумму.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело в отношении Кирьянова О.В. рассмотрено в строгом соответствии с нормами уголовно-процессуального закона Российской Федерации, регламентирующими стадию рассмотрения дела судом первой инстанции, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

Каждое из исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств правильно оценено судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, все доказательства в совокупности обоснованно признаны судом достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Постановляя приговор, суд принял во внимание как доказательства обвинения, так и защиты, и указал в приговоре, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Показаниям допрошенных по делу потерпевших и свидетелей суд в приговоре дал надлежащую оценку, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

В целом, доводы, приводимые осужденным в жалобе в обоснование своей позиции о невиновности, идентичны тем, что были обозначены им перед судом первой инстанции и они получили свою оценку в оспариваемом приговоре суда.

По смыслу уголовно-процессуального закона Российской Федерации процедура предварительного расследования призвана собрать доказательства, посредством которых делается вывод о наличии либо отсутствии оснований для предъявления обвинения лицу. При этом, правовая оценка факту, ставшему основанием для возбуждения дела, на протяжении следствия, с учетом установленных доказательств, может меняться.

Уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УПК РФ было возбуждено по факту, а не в отношении конкретного лица, а поэтому, оценивая действия Кирьянова О.В., орган следствия, установив юридически значимые обстоятельства, был свободен в определении статьи обвинения, выдвинутой в отношении виновного.

В этой связи довод осужденного о том, что следователь нарушил его право на защиту, поскольку по итогам расследования дал правовую оценку содеянному в рамках состава преступления (ст. 143 УК РФ), не совпадающего с тем, по которому уголовное дело было возбуждено (ст. 216 УК РФ), правовых последствий не влечет.

Довод осужденного о том, что протокол обыска от 30 марта 2011 года, произведенного в &lt,данные изъяты&gt,, следует признать недопустимым доказательством в приговоре судом проанализирован надлежаще и обоснованно признан несостоятельным.

Уголовно-процессуальный закон Российской Федерации не содержит ограничений по определению круга лиц, которые вправе присутствовать при производстве указанного следственного действия. Из протокола обыска следует, что в нем, помимо руководителя следственного органа К А.В., в производстве которого уголовное дело находилось по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, принимали участие, как того требует закон, понятые, представители &lt,данные изъяты&gt, Присутствие наряду с ними следователя М И.М. законность обыска под сомнение не ставит.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с утверждением Кирьянова О.В. о том, что должностная инструкция главного инженера щебеночного карьера ООО &lt,данные изъяты&gt, была фактически изготовлена и подписана им после наступления смерти Я П.Э.

Согласно записи в трудовой книжке на должность главного инженера щебеночного карьера указанного ООО Кирьянов О.В. был принят ДД.ММ.ГГГГ. В этот же день он был ознакомлен с инструкцией по занимаемой должности, о чем имеется соответствующая отметка в должностной инструкции главного инженера карьера, утвержденной директором &lt,данные изъяты&gt, К О.В. в 2010 году.

Довод осужденного о том, что должностная инструкция изготовлена и подписана им «задним числом» с целью устранить нарушения, допущенные в этой части директором &lt,данные изъяты&gt, К О.В., вызван желанием оправдаться и является неубедительным.

Показания свидетеля К Ю.Ю. о том, что должностная инструкция ее супругом была подписана после несчастного случая с Я П.Э., обусловлены близкими родственными отношениями с осужденным и правомерно признаны недостоверными. Вывод суда основывается не только на данном факте, но и на показаниях свидетелей К О.В., С А.К. и С Н.Н. о подписании Кирьяновым О.В. должностной инструкции сразу же после приема на работу. Повода для недоверия показаниям данных свидетелей нет. Вопреки заявлению Кирьянова О.В. оснований для его оговора свидетелями не установлено.

Не влекущим правовых последствий в виде отмены приговора суда представляется довод жалобы Кирьянова О.В. о проставлении оттисков разных печатей в его трудовом договоре и в должностной инструкции.

Отсутствие в должностной инструкции Кирьянова О.В. даты ее утверждения не свидетельствует о том, что данный документ следует признать недействующим. Помимо года утверждения инструкции в ней имеется подпись директора &lt,данные изъяты&gt,» К О.В., а также Кирьянова О.В., реально ознакомившегося с порученными должностными обязанностями.

Отсутствие в деле сведений о регистрации должностной инструкции в журналах ООО, при ее фактическом наличии не является основанием для признания указанного документа не существующим в действительности и не действующим непосредственно.

Довод осужденного о том, что вопреки требованиям ст. 212 Трудового кодекса, а также п. 2.3.1 Постановления Минтруда РФ, Минобразования РФ от 13 января 2003 года № 1/29 «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны руда работников организаций» после приема на работу директор &lt,данные изъяты&gt, К О.В. не организовала его обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, а также обучение и проверку знаний по охране труда подробно проанализирован в приговоре. Вывод суда первой инстанции о том, что ранее Кирьянов О.В. осуществлял профессиональную деятельность по аналогичной должности, где проходил обучение и инструктаж по охране труда, а, следовательно, обладал познаниями необходимыми и достаточными для надлежащего исполнения вмененных ему должностных обязанностей, является правильным.

По мнению суда апелляционной инстанции в рассматриваемом деле нельзя вести речь об отсутствии в действиях Кирьянов О.В. признаков состава преступления по той причине, что его обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, а также обучение и проверка знаний по охране труда работников в условиях ООО &lt,данные изъяты&gt, проведены не были.

Суждение об обратном подразумевает формальный подход к вопросу о наличии по делу вины Кирьянов О.В., что недопустимо.

Изучение биографических данных осужденного применительно к его профессиональной деятельности свидетельствует о том, что вопросы, связанные с безопасными методами и приемами выполнения работ и охраной труда были ему знакомы задолго до трудоустройства в ООО «Углезаводские ЖБК» и, в частности, при трудоустройстве ДД.ММ.ГГГГ в ООО &lt,данные изъяты&gt, на должность заместителя главного инженера по технике безопасности и охране труда, ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Сахалинская мехколонна № 68» на должность инженера по охране труда, ДД.ММ.ГГГГ в ООО &lt,данные изъяты&gt, на должность главного инженера по промышленной безопасности и охране труда, связанного с подземными работами, ДД.ММ.ГГГГ в ООО &lt,данные изъяты&gt, на должность заместителя исполнительного директора по промышленной безопасности и охране труда, связанного с подземными работами, ДД.ММ.ГГГГ в ЗАО &lt,данные изъяты&gt, на должность исполняющего обязанности главного инженера.

Будучи принятым на должность главного инженера ООО &lt,данные изъяты&gt,, ознакомившись с должностными обязанностями, в том числе раскрывающими его права и ответственность, не самоустранившись от выполнения порученной работы, Кирьянов О.В. тем самым, констатировал факт обладания в достаточной мере теми знаниями, умениями и навыками, которые ему были необходимы для надлежащей работы по должности.

По этой причине довод осужденного о необходимости его отстранения от выполнения профессиональных обязанностей является неубедительным.

Довод жалобы осужденного об умышленном сокрытии членами комиссии, составившими и подписавшими акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № информации о том, что он не аттестован по охране труда, есть ничем и никем неподтвержденное предположение, которое выводы суда под сомнение не ставит.

Комиссионный акт расследования несчастного случая подписан компетентными специалистами, отражает в себе все обстоятельства, имеющие квалифицирующее значение для дела. Отсутствие представителя Ростехнадзора при расследовании несчастного случая и подписании акта его существо под сомнение не ставит.

Признаков нарушения прав Кирьянова О.В. при назначении и проведении экспертного исследования (ст. 198 УПК РФ), закончившегося предоставлением органу следствия заключения экспертов от 14 марта 2013 года № 22 о соответствии (несоответствии) условий труда установленным государственным нормативным требованиям охраны труда, по делу не установлено.

Указанное заключение получено в установленном законом порядке и наряду с иными доказательствами, обоснованно положено судом в основу постановленного приговора. Несмотря на утверждение осужденного об обратном, в заключении экспертов нет расхождений существенно влияющих на доказанность его вины.

Заключение экспертов проанализировано и признано обоснованным и с точки зрения показаний одного из них – Д Ю.В., допрошенного в судебном заседании.

Вывод суда о необеспечении Кирьяновым О.В. ежесуточного контроля за эксплуатацией оборудования и механизмов на карьере в приговоре мотивирован надлежаще. Вопреки требованию осужденного оснований для его переоценки нет.

Отсутствие Кирьянова О.В. при приеме в эксплуатацию дробильно-сортировочной установки ПДСУ-25 не может быть основанием для утверждения о его невиновности.

Довод автора жалобы о нахождении в материалах уголовного дела технической документации, не отражающей все технические свойства и характеристики дробильно-сортировочной установки ПДСУ-25 выводы суда, постановившего приговор, не изменяет. На основании совокупности доказательств, проанализированных в приговоре (заключение экспертов, показания свидетелей и др.), суд установил все технические характеристики указанной установки, необходимые и достаточные для проверки обвинения Кирьянова О.В. и признания его обоснованным.

В апелляционной жалобе осужденный обращает внимание на факт отсутствия в технической документации на дробильно-сортировочную установку ПДСУ-25 сведений об ограждениях. Вместе с тем, в стадиях предварительного и судебного следствий добыты неопровержимые доказательства тому, что дробильно-сортировочная установка должна была быть оснащена ограждениями на транспортерах, а их отсутствие как раз и стало одной из причин несчастного случая.

Таким доказательством в первую очередь является заключение экспертов от 14 марта 2013 года № 22, согласно которому в момент функционирования дробильной установки ПДСУ-25 на ней отсутствовало ограждение вращающихся частей на приводной головке ленточного конвейера, что противоречит п. 1.17 ПОТ РМ-029-2003, согласно которому вращающиеся валы транспортных средств непрерывного действия, даже когда они выполнены гладкими и вращаются с малыми оборотами, особенно выступающие их концы, должны быть ограждены, так как опасны возможностью захвата при контакте с ними спецодежды работника, не убранных под головной убор волос, находящихся в руках или выступающих из карманов спецодежды работников предметов и т.п., что создает опасность втягивания работника в опасную зону с тяжелыми последствиями, о чем Кирьянов О.В. не мог не знать в силу занимаемой должности.

Другими доказательствами, свидетельствующими о необходимости оснащения дробильно-сортировочной установки ПДСУ-25 ограждениями и запрете ее функционирования без них, являются показания свидетелей Б Н.Г., данные в ходе предварительного расследования, П А.В. и другие, подробно приведенные и проанализированные в приговоре.

Об осведомленности осужденного о необходимости оснащения дробильно-сортировочной установки защитным кожухом на вращающихся деталях муфты, где Я П.Э. был смертельно травмирован, также свидетельствуют показания самого Кирьянова О.В., данные им в предварительном следствии и оглашенные в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

Неверное указание в приговоре инициалов свидетеля Б Н.Г. (вместо Б Н.Г. указан Б К.Г.), на что в жалобе правомерно обращено внимание стороной защиты, является технической опечаткой, которая не ставит законность приговора под сомнение.

Довод осужденного о нарушении органом следствия процедуры допроса указанного свидетеля суд апелляционной инстанции находит ошибочным. Протокол допроса свидетеля Б Н.Г. соответствует процессуальной форме, предъявляемой к нему уголовно-процессуальным законом и оснований для признания его недопустимым доказательством – нет.

При этом, в приговоре суд указал, почему доверяет показаниям Б Н.Г., полученным в стадии следствия и не доверяет тем, что даны им в судебном заседании. Выводы суда являются правильными и оснований для их переоценки – нет.

Вопрос о неотнесении дробильной установки ПДСУ-25 к числу опасных производственных объектов судом в приговоре проанализирован. Выводы суда в этой части мотивированы и оснований сомневаться в их правильности — нет.

Довод осужденного о нарушении руководством ООО «&lt,данные изъяты&gt, норм трудового законодательства в части, касающейся законности перевода Я П.Э. из арматурного цеха в карьер, неназначения последнему наставника, перевода на новую работу без прохождения медицинского осмотра, незаключения с Я П.Э. ученического договора, являющегося дополнением к трудовому договору, правового значения не имеет, поскольку фактически Я П.Э. находился на территории ООО «&lt,данные изъяты&gt, и наряду с иными работниками выполнял трудовые обязанности под руководством Кирьянов О.В.

Тот факт, что с учеником дробильщиком Я П.Э. ДД.ММ.ГГГГ был проведен инструктаж по технике безопасности ответственность с осужденного не снимает.

Причинно-следственная связь между нарушениями правил техники безопасности и иных правил охраны труда, допущенными Кирьяновым О.В., и наступившими последствиями в виде смерти Я П.Э., с учетом рекомендаций Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 1991 года № 1 «О судебной практике по делам о нарушениях правил охраны труда и безопасности при ведении горных, строительных и иных работ» судом установлена.

На основании показаний свидетелей А С.М., А Э.М., У В.В. судом установлено, что вопреки требованиям положений ПОТ РМ-029-2003 вращающиеся детали на дробильной установке ПДСУ-25 не были оснащены защитными кожухами, необходимыми для исключения затягивания работника в механизмы установки и Кирьянов О.В. об этом знал. Более того, лицами, осуществляющими работы на ПДСУ-25, неоднократно обращалось внимание Кирьянова О.В., как главного инженера щебеночного карьера, в том числе и в первую очередь ответственного за обеспечение безопасности при производстве работ на установке, на факт отсутствия защитных элементов на ней. Однако, несмотря на это, ДД.ММ.ГГГГ Кирьянов О.В., обладая сведениями о недопустимости осуществления работ на ПДСУ-25, поручил помощнику дробильщика Я П.Э. осуществить зачистку установки от снега и раскрутку транспортерных лент.

Тот факт, что Я П.Э. Кирьянов О.В. не давал задания включать конвейер, устранять пробуксовку ленты способом подсыпки, юридического значения не имеет, поскольку осужденный, обладая сведениями о недопустимости осуществления на установке каких-либо работ без наличия на ней защитных кожухов, поручив потерпевшему очистить ее от снега, должен был осознавать наступление возможных последствий. Более того, Кирьянов О.В. не запретил Я П.Э. запускать дробильную установку в движение, тем самым не оградил последнего от наступления негативных последствий.

Причинно-следственная связь, подлежащая установлению по делу, также прослеживается в совокупности показаний свидетеля П А.В., П С.В. и других, оснований не доверять которым — нет.

В своей жалобе осужденный обратил внимание суда апелляционной инстанции на выводы экспертов, изложенные в заключении от 14 марта 2011 года № 22, из которых следует, что причиной несчастного случая, кроме прочих, является нахождение Я П.Э. в состоянии алкогольного опьянения. Между тем, данное обстоятельство осужденного не оправдывает, а, напротив, убеждает суд в наличии причинно-следственной связи между нарушениями правил техники безопасности и иных правил охраны труда, допущенными Кирьяновым О.В., и наступившими последствиями в виде смерти Я П.Э.

Данный вывод обусловлен положениями п. 5.3. пятого раздела должностной инструкции, согласно которому Кирьянова О.В. несет ответственность за допуск к работе лиц в нетрезвом или наркотическом состоянии.

Заявление Кирьянова О.В. об отказе директора К О.В. в приеме на работу механика — специалиста по механизированному оборудованию влияние на выводы суда не оказывает.

Показания свидетеля К А.В. о том, что он не имеет никакого отношения к карьеру &lt,данные изъяты&gt, квалифицирующего значения по делу не имеют.

Постановляя обвинительный приговор, суд посчитал возможным учесть при назначении наказания виновному факт небрежности, допущенной потерпевшим Я П.Э. С решением суда первой инстанции следует согласиться. Между тем эта небрежность, вопреки доводам Кирьянова О.В., его ответственность не исключает.

Действия осужденного судом квалифицированы правильно.

Наказание, назначенное Кирьянову О.В., является справедливым.

Решение об освобождении осужденного от назначенного наказания основано на нормах Уголовного кодекса Российской Федерации и суд апелляционной инстанции с ним соглашается.

Вывод суда о необходимости взыскании с осужденного Кирьянова О.В. в пользу законного представителя потерпевшей Я А.П. — Е Н.А. процессуальных издержек, связанных с расходами на оплату услуг представителя К С.В. в размере 89000 рублей, основано на требованиях ст. 131 УПК РФ и является обоснованным.

Оснований для освобождения Кирьянова О.В. от возмещения расходов, понесенных потерпевшими, – нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

приговор Долинского городского суда Сахалинской области от 30 апреля 2013 годав отношении Кирьянов О.В. оставить без изменения, а его апелляционную жалобу и дополнение к ней – без удовлетворения.

Председательствующий В.А. Проворчук

Копия верна: В.А. Проворчук