Апелляционное определение № 22-913/2018 от 15.05.2018 Верховного Суда Республики Крым (Республика Крым)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 мая 2018 года г. Симферополь

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе

председательствующего – Погребняка С.Н.,

судей – Хиневич А.Н., Латынина Ю.А.,

при секретаре – Цолиной В.В.

с участием:

прокурора – Горба Б.В.,

потерпевших – ФИО68

ФИО68

представителя потерпевших – адвоката Кошенко А.Ф.,

осужденных – Орлова М.П., Федорова А.А.,

защитников – адвокатов Яшиной А.В.,

Медведева В.В., Тарабриной Т.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного Орлова М.П. на постановление Ялтинского городского суда Республики Крым от 14 февраля 2018 года о розыске и апелляционным жалобам защитников осужденного Орлова М.П. – адвокатов Глинкина Д.А., Яшиной А.В., Медведева В.В., защитника осужденного Федорова А.А. – адвоката Тарабриной Т.А. на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 14 февраля 2018 года, которым

ОРЛОВ Михаил Петрович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в &lt,адрес&gt,, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст.238 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания, назначенного Орлову М.П., постановлено исчислять с 14.02.2018.

Мера пресечения, избранная в отношении Орлова М.П. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, изменена на содержание под стражу. Постановлено взять Орлова М.П. под стражу в зале суда по провозглашению приговора.

ФЕДОРОВ Александр Александрович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в &lt,адрес&gt,, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст.238 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания, назначенного Федорову А.А., постановлено исчислять с 14.02.2018.

Мера пресечения, избранная в отношении Федорова А.А. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, изменена на содержание под стражу. Федоров А.А. взят под стражу в зале суда по провозглашению приговора.

Приговором в соответствии с ч.2 ст.309 УПК РФ признано за ФИО45, ФИО14, ФИО44, ФИО8, ФИО9, ФИО11 право на удовлетворение их гражданских исков, вопрос о размере возмещения гражданских исков передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Хиневич А.Н., кратко изложившей содержание приговора и постановления, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив материалы дела, заслушав осужденного Орлова М.П. и его защитников – адвокатов Яшину А.В., Медведева В.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, осужденного Федорова А.А. и его защитника – адвоката Тарабрину Т.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Горба Б.В., потерпевших ФИО8, ФИО9, полагавших необходимым приговор оставить без изменения, потерпевшую ФИО14, полагавшую возможным смягчить назначенное осужденным наказание, назначив наказание условно, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

согласно приговору суда Орлов М.П. и Федоров А.А. осуждены по ч.3 ст.238 УК РФ, а именно за оказание Орловым М.П., как директором ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», и Федоровым А.А., как исполнительным директором (администратором) указанного ресторана, услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление было совершено осужденными в помещении ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», расположенном напротив третьего сектора галечного пляжа &lt,данные изъяты&gt, в период времени с 31.05.2014 по 23.08.2014, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные Орлов М.П. и Федоров А.А. вину в совершении вмененного им преступления не признали.

В апелляционной жалобе и дополнениям к ней защитник осужденного Орлова М.П. – адвокат Глинкин Д.А. просит приговор суда в отношении Орлова М.П. отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство. Свои доводы апеллянт мотивировал тем, что приговор суда является незаконным и необоснованным, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, и в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Защитник полагает ошибочными выводы суда о том, что причастность иных лиц, в частности ФИО53 и ФИО16, к гибели потерпевших ФИО33 и ФИО17, не влияет на квалификацию действий Орлова М.П. и Федорова А.А., поскольку, в случае наличия вины ФИО53, который согласно документации являлся генеральным директором ООО &lt,данные изъяты&gt,», в оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, суду следовало прийти к выводу об отсутствии в действиях Орлова М.П. вмененного ему преступления. Обоснованные сомнения в виновности ФИО1, по мнению защитника, вызывает и заключение почерковедческой экспертизы, выводы которой противоречат показаниям Орлова М.П. и ФИО53

Указывает на то, что сомнения в виновности Орлова М.П. порождает также заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ относительно подключения корпуса софита № 1 кабелем питания без заземляющего контакта при помощи вилки, в которой провод РЕ объединен со штепсельным контактом, что представляет угрозу поражения электрическим током. При этом суд не исследовал вопрос о том, было ли арендованное оборудование передано с указанной в заключении вилкой либо эта вилка была установлена после передачи оборудования в аренду.

По мнению апеллянта, в приговоре не указано о наступлении причинно-следственной связи между несоблюдением правил по охране труда и нормативных актов при оказании услуг зрелищного характера с гибелью потерпевших, смерть которых наступила от удара током вследствие дефектов в штепсельной вилке.

В нарушение требования ст.8 УПК РФ не указано доказательств, свидетельствующих о наличии у Орлова М.П. умысла на совершение преступления, предусмотренного ст.238 УК РФ, в том числе по предварительному сговору группой лиц с распределением ролей.

Кроме того, апеллянт обжалует приговор суда в части решения вопроса об изменении в отношении Орлова М.П. меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, мотивируя свои доводы тем, что решение суда в данной части принято в нарушение требований ч.2 ст.97, ст.ст.99, 308 УПК РФ и п.57 ППВС РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», то есть без приведения мотивов, по которым суд счел невозможным обеспечение исполнения приговора при сохранении Орлову М.П. ранее избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, без учета его возраста, состояния здоровья, семейного положения и других обстоятельств.

В апелляционной жалобе защитник осужденного Орлова М.П. – адвокат Яшина А.В. просит приговор суда в отношении Орлова М.П. отменить как необоснованный, немотивированный, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона и несправедливостью приговора, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство. Свою позицию адвокат Яшина А.В. обосновывает доводами, аналогичными доводам защитника Глинкина Д.А., изложенным им в апелляционной жалобе.

В дополнительной апелляционной жалобе от 28.03.2018 защитник осужденного Орлова М.П. – адвокат Яшина А.В. просит приговор суда отменить, вынести в отношении Орлова М.П. оправдательный приговор, указывая о следующем.

По мнению защитника, выводы суда об оказании Орловым М.П. услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителя, выразившееся, в частности, в нарушении им Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ и Правил устройства электроустановок, утверждённых Приказом №204 от 08.07.2002 Минэнерго РФ, являются необоснованными, поскольку согласно п.1.1.2. Правил технической эксплуатации электроустановок и преамбуле к указанным правилам, п. 1.1.1, п. 1.1.3 Правил устройства электроустановок, софит светодиодный тип LED PAR 64 не является электроустановкой, о чем в судебном заседании указал и эксперт ФИО18 При этом, в материалах дела отсутствует какая-либо информация о том, какие именно электроустановки эксплуатировались в ресторане «БарФлай».

Указывает о том, что обвинение Орлова М.П. в нарушении им ст.7 ФЗ №2300-1 от 07.02.1992 года «О защите прав потребителей» необоснованно, так как в приговоре отсутствуют доказательства наступления смерти ФИО17 и ФИО33 в процессе устройства и эксплуатации именно электроустановок. Считает ошибочным обвинение Орлова М.П. в нарушении им ст.212 Трудового кодекса РФ, поскольку данная норма устанавливает обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий труда по отношению к своим работникам, а не к потребителям услуг ресторана. Кроме того, указывает о не конкретности обвинения в части нарушения Орловым М.П. положений ФЗ РФ №184-ФЗ от 27.12.2002 «О техническом регулировании», поскольку в приговоре суд не указал, какие именно положения указанного закона были нарушены Орловым М.П.

По мнению апеллянта, суд, не допросив в судебном заседании свидетелей ФИО19 и ФИО20, на явке которых настаивала сторона защиты, не установив фактические обстоятельства, которые могли повлиять на принятое судом решение, бездоказательно указал в приговоре об оказании Орловым М.П. совместно с Федоровым А.А. культурно-зрелищных услуг с целью извлечения прибыли. При этом судом не дана должная оценка показаниям свидетелей ФИО21, ФИО46, которые указали о том, что организацией культурно-зрелищных услуг в ресторане «Барфлай» занимался диджей «Майрос» — ФИО19 при посредничестве ФИО33 и иных свидетелей, которые пояснили, что в стоимость услуг питания, которые оказывались в ресторане, не входила стоимость культурно-зрелищных услуг. Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что культурно-зрелищные услуги оказывались на возмездной основе, например путем продажи билетов.

Защитник считает, что установленные в судебном заседании обстоятельства, свидетельствующие об изменении конструкции штепсельной вилки без ведома Орлова М.П., исключает его вину в наступлении смерти потерпевших. Вместе с тем, выводы суда о внесении данных изменений при неустановленных обстоятельствах с ведома Орлова М.П. не основаны на имеющихся доказательствах и опровергаются показаниями свидетеля ФИО55, который в судебном заседании указал о том, что им был произведен ремонт софита по просьбе иного лица, а не Орлова. Данные показания свидетеля не отражены в приговоре суда. Полагает бездоказательными, надуманными, не основанными на нормативных актах и выводы суда о том, что отсутствие специально назначенного лица, ответственного за электрохозяйство, которое могло своевременно выявить нарушение конструкции штепсельной вилки, постоянно создавало реальную опасность для жизни и здоровья потребителя. О безосновательности таких выводов указывают установленные в судебном заседании обстоятельства того, что помещение, в котором располагался ресторан «&lt,данные изъяты&gt,», было арендовано, из показаний эксперта ФИО18 следует, что информации о балансовой принадлежности электрооборудования ей не предоставлено, а согласно положениям п. 1.2.3. Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей у потребителей, установленная мощность электроустановок которых не превышает 10 кВА, работник, замещающий ответственного за электрохозяйство, может не назначаться.

Полагает, что суд, положив в основу обвинительного приговора заключение эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ, не оценил его с точки зрения достоверности, относимости и допустимости, чем нарушил требования ст.88 УПК РФ. В обоснование своего довода защитник указывает, что заключение эксперта, согласно выводам которого организационно-техническими причинами несчастного случая является несоблюдение правил по охране труда и правил безопасности директором, которым были нарушены требования ст.212 Трудового кодекса РФ и Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, не может быть доказательством совершения Орловым М.П. инкриминируемого ему деяния, поскольку указанные экспертом нормативные акты регулируют обязательства работодателя по отношению к работнику. Кроме того, установление причинно-следственной связи между бездействием директора в части указанных экспертом нормативных требований по охране труда сотрудников и наступившими последствиями в виде смерти потребителей культурно-зрелищных услуг от дефекта в штепсельной вилке софита, взятого в аренду, не входит в компетенцию эксперта, так как установление причинно-следственной связи между действием (бездействием) и наступившими последствиями находится в компетенции суда и разрешается в совокупности с другими доказательствами.

Защитник, оспаривая приведенные в приговоре доказательства на предмет их допустимости, достоверности, значимости и выводы суда о доказанности вины Орлова М.П., ссылается на то, что показания свидетелей ФИО22, ФИО56 не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку не содержат сведений, которые подтверждают факт умышленного оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, показания ФИО45, ФИО44, ФИО9, ФИО23, ФИО24, ФИО61, ФИО25, ФИО49, ФИО59, ФИО26, ФИО48, которые были очевидцами произошедшего 23.08.2014, не могут расцениваться как доказательства виновности Орлова М.П. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ, поскольку свидетельствуют только о событиях произошедшего, показания свидетелей ФИО42, ФИО46 также не являются доказательствами виновности Орлова М.П., поскольку они не являлись очевидцами происшествия, показания свидетелей ФИО27, ФИО47, ФИО28, ФИО54, ФИО29, ФИО60, ФИО50, ФИО58, ФИО30 являются противоречивыми.

О противоречивости приговора, по мнению адвоката, указывают и выводы суда об осуществлении Орловым М.П. функций руководителя, об оказании им услуг от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt,» и установленные судом обстоятельства того, что ни Орлов М.П., ни Федоров А.А. не были уполномочены какими-либо иными лицами на организацию и эксплуатацию ресторана «&lt,данные изъяты&gt,». По мнению защитника, позиция суда об отсутствии у Орлова М.П. официально оформленных полномочий руководителя организации, от имени которой оказывались услуги, не отвечающие требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителей этих услуг, исключает уголовную ответственность Орлова М.П. по ст.238 УК РФ, согласно которой субъектом данного преступления является физическое вменяемое лицо, ответственное (на которого законом возложена ответственность) за оказание услуг с соблюдением требований безопасности, с учетом доказательств, имеющих по делу.

Не являются доказательствами виновности Орлова М.П., по мнению защитника, и протокол осмотра софита, признанного вещественным доказательством, протокол осмотра места происшествия от 23.08.2014, протокол дополнительного осмотра места происшествия, которые, как указывает защитник, свидетельствуют о фиксации обстановки на месте происшествия и не являются доказательствами совершения вмененного Орлову М.П. преступления, а также опровергают показания свидетеля ФИО56

Защитник указывает, что суд не привел в приговоре никаких доказательств наличия прямого умысла на совершение Орловым М.П. преступления, которое может быть совершено только с прямым умыслом. При описании преступного деяния ФИО1 и ФИО2, квалифицированного как совершенное группой лиц по предварительному сговору, судом, в нарушение положений п. 18 ППВС ВС РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре», не указано, какие конкретные преступные действия совершены каждым из соучастников преступления.

На основании вышеизложенного, с учетом недоказанности стороной обвинения наличия у Орлова М.П. цели оказать культурно зрелищные услуги с использованием софита, потенциально опасного для жизни и здоровья потребителей этих услуг, а также того обстоятельства, что Орлов М.П. не может быть субъектом данного преступления, защитник утверждает, что в приговоре отсутствую доказательства, свидетельствующие о доказанности всех признаков преступления, предусмотренного ч.3 ст. 238 УК РФ.

Адвокат обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что судом в приговоре не дана надлежащая оценка показаниям подсудимого ФИО2, свидетелей ФИО46, ФИО21, ФИО60 в части того, что оборудование помимо приглашенных ди-джеев эксплуатировалось ди-джеем ФИО69, который и организовывал все вечеринки в баре «&lt,данные изъяты&gt,», а также самим ФИО70 которые могли обратиться к ФИО71 с просьбой ремонта софита. Указанные показания не отражены в приговоре суда. Также, отвергая показания свидетеля ФИО21 в части отстранения от работы в ресторане Орлова М.П., как недостоверные, опровергающиеся показаниями свидетелей ФИО31, ФИО50, ФИО54, суд не учел, что указанные показания свидетеля полностью подтверждаются показаниями иных свидетелей, в частности ФИО60, ФИО46, ФИО32, указавших также, что Орлов М.П. осуществлял в ресторане только дизайнерскую деятельность, а с начала августа 2014 года фактическими руководителями ресторана являлись ФИО51 и ФИО65

Утверждает, что судом неверно установлен период совершения деяния, а именно с 31 мая по 23 августа 2014 года, поскольку данные выводы суда опровергаются показаниями свидетелей, в частности ФИО16, ФИО35, и выводам эксперта о том, что причинной наступления смерти потерпевших 23 августа 2014 года является дефект в штемпельной вилке кабеля софита.

На основании указанного полагает приговор суда не соответствующим требованиям ст.307 УПК РФ, вынесенным с нарушениями ст.ст. 5, 14 УПК РФ, без учета правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 10.02.2017 №2-П.

Из апелляционной жалобы также следует, что суд, в нарушение требования ст. 6 УПК РФ, не удовлетворив ходатайство стороны защиты о вызове и допросе ряда свидетелей, которые были допрошены в ходе предварительного следствия, но не были включены в список лиц, подлежащих вызову в суд, тем самым возложив на сторону защиты обязанность по доставке данных лиц, нарушил принцип равенства сторон.

Помимо прочего, по мнению апеллянта, суд, признав Орлова М.П. и Федорова А.А. виновным в нарушении п.п. 2.2.20, 2.12.5, 1.2.2 приложения №3 Правил устройства электроустановок, утвержденных приказом № 6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, существенно нарушил права обвиняемых, гарантированных им ст.ст.6, 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку Приложение №3 указанных правил не содержит в себе таких пунктов.

В апелляционной жалобе и дополнениям к ней защитник осужденного Федорова А.А. – адвокат Тарабрина Т.А. просит приговор суда в отношении Федорова А.А. отменить как необоснованный, несправедливый, вернуть уголовное дело прокурору г. Ялты для устранения препятствий в его рассмотрении. Свою позицию защитник обосновывает следующими доводами.

Выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании. Так, выводы суда о доказанности организации Орловым М.П. и Федоровым А.А. в ночь с 22.08.2014 по 23.08.2014 в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» предоставления услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, где также присутствовали ФИО33 и ФИО17, опровергаются показаниями свидетелей ФИО72, а также самими подсудимыми, из показаний которых следует, что организацией вечеринки занимался ди-джей ФИО73, а в указанный период времени оказание услуг от ООО «&lt,данные изъяты&gt,» оказывалось свидетелями ФИО34 и ФИО65. Из показаний этих же свидетелей следует, что Федоров фактически занимался работой старшего администратора, на которого на основании выданной ему доверенности было возложено подписание договора аренды, при этом дополнительные обязанности на него не возлагались, в том числе и ответственность за электробезопасность ресторана «&lt,данные изъяты&gt,». Указанные показания свидетелей противоречат выводам суда о том, что Федоров А.А. являлся исполнительным директором ресторана «&lt,данные изъяты&gt,». Кроме того, суд, признав доказанным факт осведомленности Федорова и Орлова о несоответствии помещения ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» техническим требованиям регламента, не принял во внимание, что Орлов и Федоров не обладали специальными познания в области электрообеспечения, о данных нарушениях контролирующие органы их не уведомляли, а Федоров не занимался строительством ресторана, что также подтвердил свидетель ФИО74. Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, в частности те, на которые указывали свидетель ФИО75, пояснивший, что ремонт софитов производил по просьбе молодых людей, которыми не являлись Федоров и Орлов, подсудимый Федоров пояснил, что оборудование, помимо приглашенных ди-джеев, эксплуатировалось ди-джеем Андреем Градом и Изотовым, от которых могла исходить просьба о ремонте софита, свидетель Изотов пояснил, что он знал, какое оборудование он сдает в аренду, сам эксплуатировал его в ресторане, свидетель ФИО76 пояснил, что еще до передачи оборудования арендатору менял штепсельные вилки на двух софитах, однако в последующем оказался от данных показаний.

Ссылается на неполноту проведенной по делу экспертизы, указывая, что судом не дано оценки показаниям эксперта ФИО77 о том, что для определения производственного брака софита необходимо его сличение с новыми софитами из этой же партии, не побывавшими в пользовании, чего в ходе экспертизы сделано не было.

Наличие у Федорова корыстного мотива опровергается показаниями ФИО115 и самого ФИО2, которые указали о том, что основная команда работников, включая ФИО2, согласилась поехать в Ялту на условиях сохранения заработной платы, которую они получали по месту прежней работы в Санкт-Петербурге.

Также апеллянт указывает на то, что в ходе проведения почерковедческой экспертизы исполнителя подписи в доверенности от имени руководителя ООО «ФИО78» установить не удалось ни в категоричной, ни в вероятной форме, в связи с чем такое заключение эксперта с учетом положений ст.14 УПК РФ должно толковаться в пользу Федорова.

Не подтверждаются доказательствами выводы суда первой инстанции об осведомленности Федорова и Орлова относительно несоответствия помещения ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, наличия у Федорова корыстных целей, осуществления Федоровым своей деятельности, как исполнительного директора ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», и лица, ответственного за электробезопасность данного ресторана, наступления смерти Новикова от прикосновения ногой к неисправному софиту. Наряду с данными обстоятельствами, не оценена причастность ФИО79, осуществлявшего все необходимые действия для извлечения прибыли из деятельности ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», к преступлению, в котором обвиняют Федорова, что в свою очередь свидетельствует о нарушении судом и органами предварительного следствия положений ст.73 УПК РФ и не установлении субъективной стороны преступления.

Выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, поскольку из обвинения и из приговора неясно, действовали ли ФИО2 и ФИО1 самостоятельно, создавая ресторан «&lt,данные изъяты&gt,» и введя в заблуждение инвесторов и руководителя ООО «&lt,данные изъяты&gt,», либо при участии и с разрешения этих лиц. Данные противоречия свидетельствуют о нарушении норм процессуального права при составлении обвинительного заключения. При этом выводы суда о том, что Орлов и Федоров действовали самостоятельно группой из двух лиц, используя поддельную доверенность для достижения своих целей, противоречат показаниям свидетеля ФИО81, который пояснил, что по указанию ФИО80 внес изменения в учредительные документы на ООО «&lt,данные изъяты&gt,». Вопреки выводам суда о доказанности факта игнорирования необходимости выполнения требований закона РФ №2300-1 от 07.02.1992 «О защите прав потребителей», фактически услуга – посещение развлекательного заведения, при обычном ее использовании и не нарушении потребителем (посетителем) правил, установленных рестораном, была предоставлена с соблюдением условий ее безопасности. Указанный в обвинительном заключении вывод об установлении причинно-следственной связи между предоставленными услугами, не отвечающими требованиям безопасности, и смертью потерпевших по неосторожности, является не доказанным, поскольку очевидцы произошедшего ФИО82, допрошенные в судебном заседании, указали о том, что ФИО83 не прикасался к софитам и иным предметам. Утверждение обвинения о том, что Федоров, как администратор ресторана и ответственный за действия обслуживающего персонала и посетителей ресторана, не пресекли нахождение посетителей ресторана на импровизированной сцене на непосредственном месте работы ди-джея с электрооборудованием, фактически устранившись от выполнения своих функций, также противоречит показаниям свидетелей ФИО84, которые указали, что в этот день администратором в зале работала ФИО85, за проход на сцену нес ответственность один из охранников ресторана, а ди-джей ФИО86 сам пригласил ФИО87 за сцену. Кроме того, защитник указывает, что Федоров, не являясь руководителем, не будучи наделенным от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt, обязанностями на выполнение соответствующих действий, фактически занимая должность старшего администратора, не имел возможности организовать назначение ответственного лица, обучение персонала, не был наделен полномочиями по составлению проектной документации, актов испытаний и наладки электрооборудования. Обратного стороной обвинения не доказано.

В приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял один из этих доказательств и отверг другие. Положив в основу обвинения показания ФИО88 о цели её приезда в г. Ялту, в частности, для отдыха и проверки состояния дел в ресторане, а не с целью руководства им, судом не учтено, что указанные показания свидетеля опровергаются показаниями свидетелей ФИО89 из которых следует, что ФИО90 были представлены персоналу ресторана и представителю ПАО «&lt,данные изъяты&gt,» новыми управляющими и хозяевами заведения, которые в свою очередь отстранили Орлова и Федорова от управления рестораном, на Федорова возложили обязанности обычного администратора, после несчастного случая дали указание всем подписать трудовые договоры, запретили допуск на территорию ресторана и обслуживание Орлова, проводили инвентаризацию, перестраивали концепцию заведения. О том, что ФИО91 были направлены в &lt,адрес&gt, с целью проведения ревизии ресторана, указывал и свидетель ФИО92 который и давал на это указания. Подтверждают данные обстоятельства и исследованные в ходе судебного заседания распечатки электронной переписки между Федоровым и ФИО93 из которых усматривается подчиненность Федорова перед ними, однако данным доказательствам судом не дана надлежащая оценка в приговоре.

Кроме того, защитник полагает, что при составлении обвинительного заключения нарушены требования ст.ст. 73, 220, 225 УПК РФ, в частности органами предварительного следствия не исключена виновность в ненадлежащем исполнении сотрудниками скорой помощи ФИО94 своих должностных обязанностей, прибывших к месту происшествия со значительным опозданием и без необходимого оборудования, о чем в судебном заседании указывали свидетели ФИО95 и подсудимый Федоров. Процессуальное решения об отказе в возбуждении уголовного дела по факту подделки доверенности и подписи от имени директора общества принято без надлежащей проверки причастности к изготовлению поддельного документа ФИО96, без учета показаний этих же лиц, которые пояснили, что ФИО97 во исполнение поручения ФИО98 передал документы от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt,», в том числе поддельную доверенность, Орлову в Ялту для организации ресторана. О преждевременности решения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО99 свидетельствуют установленные в судебном заседании фактические обстоятельства того, что данные лица использовали электрооборудование, которое стало причиной гибели потерпевших. Решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО100 также принято без должной оценки показаний ФИО101, который указал о том, что передал печать и уставную документацию на ООО &lt,данные изъяты&gt,» ФИО102, у которого они и хранились. В ходе досудебного следствия не выяснено, какие должностные полномочия возложены были на ФИО103 и кем, причастны ли указанные лица к гибели потерпевших, о чем не принято процессуального решения. Не проверена причастность ФИО19 к совершенному преступлению. Не установление всех вышеуказанных обстоятельств, по мнению апеллянта, повлекло за собой неопределённость в объеме предъявленного Федорову обвинения, что препятствовало постановлению судом законного и обоснованного итогового судебного решения.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Защитник указывает, что в обвинительном заключении не раскрыта ни субъективная, ни объективная стороны преступления, в частности: не указано, каким образом Федоров А.А. оказывал услуги потребителям, в чем конкретно выразилось оказание таких услуг, каким образом оказание данных услуг создавало реальную опасность для жизни и здоровья потребителей, были ли эти действия Федорова А.А. умышленными и находились ли они в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, каким образом участники группы согласовали свои действия и как распределили роли, кто и какую функцию выполнял. Полагает, что предъявление Орлову более тяжкого обвинения, чем то, что ему было предъявлено до направления материалов уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, нарушает положения ст.237 УПК РФ и постановления КС РФ от 08.12.2003 №18-П «По делу о проверке конституционности положений ст.ст. 125, 219, 229, 236, 237, 239, 246 УАК РФ», что существенно ухудшило положение обвиняемого Орлова и нарушило его процессуальное право.

Апеллянт указывает о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые были допущены судом первой инстанции, что лишило сторону защиты гарантированных УПК РФ прав и повлекло вынесение немотивированного и неправосудного решения. Так, суд первой инстанции не разрешил в совещательной комнате заявленное стороной защиты ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела CD-диска с фото-файлом изображения постановления следователя о продлении срока предварительного расследования, где отсутствует подпись руководителя о продлении сроков следствия, и проведение по указанному фото-файлу экспертизы. При этом суд, отказав на месте в удовлетворении ходатайства, привел неконкретную формулировку мотива отказа. Кроме того, ходатайства стороны защиты о признании ряда доказательств недопустимыми судом в нарушение требований ст.ст. 121, 299, 307 УПК РФ были разрешены при вынесении приговора, что лишило сторону защиты права заявлять ходатайства повторно в ходе дальнейшего рассмотрения уголовного дела и приводить дополнительные доводы и мотивы в обоснование ходатайства, ссылаться на исследованные позднее доказательства в обоснование этого ходатайства. Стороной защиты также были заявлены ходатайства об оглашении показаний свидетеля ФИО35, данных в ходе предыдущего рассмотрения уголовного дела, вызове указанного свидетеля в судебное заседание, приобщении к материала уголовного дела фотографических снимков, на которых изображен ФИО35 в качестве ди-джея, с целью устранения противоречий в показаниях свидетеля с показаниями других лиц, однако судом было отказано в их удовлетворении при наличии явных противоречий, устранение которых способствовало бы установлению истины по делу. Судом не были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, о чем свидетельствует принятый судом отказ в содействии в вызове и дополнительном допросе свидетелей ФИО104 и иных свидетелей, поскольку указанные лица самостоятельно, без судебной повестки, отказывались являться в суд.

Кроме того, по мнению защитника, судом первой инстанции нарушена &lt,данные изъяты&gt, совещания судей, поскольку судья Смирнов С.Г. общался с секретарем относительно явки участников процесса на оглашение приговора.

Из смысла жалобы также следует, что адвокат полагает назначенное Федорову наказание чрезмерно суровым, не справедливым, не соответствующим степени тяжести совершенного преступления, данным о личности, назначенным без учета позиции потерпевших, которые просили не назначать Федорову реального наказания.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник осужденного Орлова М.П. – адвокат Медведев В.В. просит приговор суда в отношении Орлова М.П. отменить как незаконный, необоснованный, вынесенный с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства, вынести в отношении Орлова М.П. оправдательный приговор. Свои доводы защитник мотивирует, тем, что предъявленное Орлову М.П. и Федорову А.А. обвинение является не конкретным, не раскрыта сущность обвинения в отношении каждого из обвиняемых, не указано, какие конкретные действия были совершены Орловым и Федоровым, свидетельствующие о наличии состава преступления. По мнению защитника, указанное обвинительное заключение не соответствует требования ст.ст. 73, 220 УПК РФ и нарушает право обвиняемых на защиту, а именно, право знать, в чем конкретно они обвиняются. В обвинении не указано, какие конкретно нормы Федерального закона «О техническом регулировании» были нарушены Орловым и Федоровым, что также говорит о неконкретности обвинения.

По мнению апеллянта, суд, имея противоречивые доказательства, пришел к неверному выводу, что доверенность являлась фиктивной, что не подтверждается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами, в том числе заключением эксперта № и основано на одних лишь показаниях свидетеля ФИО53

Апеллянт полагает, что судом в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, а именно показания свидетелей ФИО29, ФИО60, ФИО46, ФИО47, ФИО50, ФИО58, ФИО38, ФИО31, ФИО39, подсудимого Орлова М.П. и Федорова А.А., суд принял одни из этих показаний и отверг другие.

Не согласен с выводами суда о фактическом осуществлении Орловым М.П. руководства рестораном «ФИО106 полагая, что такие выводы опровергаются показания свидетелей ФИО40, ФИО42, ФИО46, ФИО47, ФИО60, каждый из которых указал о том, что Орлов М.П. являлся идеологом и вдохновителем открытия данного ресторана, и был отстранен от деятельности ресторана до несчастного случая, приобщёнными к материалам дела сведениями из электронной почты Федорова. Указанные выводы судом сделаны на основании показаний свидетелей ФИО41, ФИО50 и ФИО38, которые являются лицами, заинтересованными в исходе дела.

Указывает о том, что стороной обвинения в ходе судебного следствия не было предоставлено доказательств, подтверждающих наступление смерти потерпевших от прикосновения ФИО33 к корпусу софита, имеющего конструктивные нарушения, связанные с нарушением электробезопасной эксплуатации. Таким образом, полагает выводы суда о причинении смерти потерпевшим при установленных судом обстоятельствах, недостоверными и необоснованными, носящими характер предположений, что согласно ч.4 ст.14 УПК РФ является недопустимым при вынесении обвинительного приговора.

Подсудимым Орлову и Федорову было предъявлено обвинение, из смысла которого следует, что ими были нарушены п.п. 1.2.3, 1.2.7, 1.2.1, 1.4.1, 1.8.1, 1.8.2 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, что привело к смерти ФИО107. Вместе с тем, собранными по делу доказательствами не установлено, что подсудимыми нарушены именно эти пункты правил, а экспертизой, на которую ссылается обвинение, установлено лишь то, что организационно-техническими причинами несчастного случая является несоблюдение правил по охране труда и правил безопасности директором, которым были нарушены требования ст.212 Трудового кодекса РФ и Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей. В материалах дела отсутствует экспертное заключение, согласно которому можно прийти к выводу, что были нарушены именно эти пункты Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, что эти нарушения являются причиной несчастного случая и причинения смерти ФИО33 и ФИО17, и что ответственным за такие нарушения являются обвиняемые Орлов и Федоров.

В обоснование своих доводов о недоказанности вины Орлова М.П. в организации услуги, которая оказалась небезопасной и причинила смерть потерпевшим, защитник указывает на то, что Орловым не производилось строительство ресторана, так как временное сооружение, которое представляет собой летнюю площадку, было уже возведено и принадлежало ПАО «&lt,данные изъяты&gt,», ранее в этом помещении находилась пиццерия, а Орловым было произведено лишь внешнее декорирование, которое не требовало согласования проектов и схем, так как не является ни возведением, ни строительством. В связи с чем, формулировка обвинения, согласно которой «В ходе самовольной реконструкции…., берегоукрепительных сооружений под ресторан «&lt,данные изъяты&gt,», …. Построено и запущено в эксплуатацию вышеуказанного заведения» не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а все описанные судом обстоятельства дела, которые не касаются оказания услуг потребителям – не имеют отношения к вмененному составу преступления, являются не относящимися ни к объективной, ни к субъективной стороне состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ.

Полагает выводы суда о доказанности осуществления Орловым М.П. деятельности в ресторане «БарФлай», в частности и в день несчастного случая, не соответствующими фактически установленным в судебном заседании доказательствам, опровергаются показаниями свидетелей ФИО40, ФИО42, ФИО46, ФИО47, ФИО60, ФИО21, из которых следует, что Орлов М.П. фактически занимался дизайном ресторана, а после приезда руководства вообще не появлялся в заведении. Проигнорированы судом и показания свидетеля ФИО55 о выполнении им ремонта одного из софитов по просьбе иных лиц, показания свидетелей ФИО108 и обвиняемого Федорова А.А. об организации вечеринки арт-директором заведения, показания свидетелей, которые являлись друзьями погибшего ФИО109 С учетом указанно полагает проигнорированными и положения п. 1.2.9 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, согласно которым персональную ответственность несут работники, проводящие ремонт оборудования, — за нарушения в работе, вызванные низким качеством ремонта. Не учтены показания свидетелей, которые указали, что ФИО110 был одним из организаторов вечеринки с участием ди-джея Кононова. Выводы суда о получении Орловым и Федоровым музыкального оборудования и использования его опровергаются показаниями свидетелей ФИО35, ФИО16, которые указали, что Орлов М.П. не имеет никакого отношения к аренде и использованию музыкального оборудования.

Защитник обращает внимание суда на то, что в обвинительном приговоре при изложении обвинения указано о нарушении Орловым ст. 7 ФЗ №2300-1 от 07.02.1992 г. «О защите прав потребителей (в ред. от 27.07.2012), однако на момент описываемых событий, а именно в период с 31.05.2014 по 23.04.2014 действовала иная редакция закона от 02.07.2013.

Указывает о том, что признание Орлова М.П. виновным в нарушении несуществующих нормативных положений, а именно п.п.2.2.20, 1.12.5 приложения №3 Правил устройства электроустановок, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, которые отсутствуют в указанном приложении, является незаконным, необоснованным и несправедливым.

Кроме того, по мнению апеллянта, органом предварительного следствия после возвращения Верховным Судом Республики Крым материалов уголовного дела прокурору для устранения недостатков, которые не позволили суду вынести законное и обоснованное решение, не выполнены указания суда апелляционной инстанции, при этом суд первой инстанции вынес обвинительный приговор с теми же нарушениями, по которым ранее приговор отменялся.

На основании указанного, полагает приговор суда вынесен при отсутствии доказательств вины, с явным обвинительным уклоном, без учета целого ряда доказательств, свидетельствующих о невиновности Орлова М.П.

В апелляционной жалобе осужденный Орлов М.П., как дополнение к апелляционным жалобам своих защитников, просит отменить постановление Ялтинского городского суда от 14 февраля 2018, которым он был объявлен в розыск в связи с неявкой в судебное заседание на оглашение приговора. Мотивирует свои доводы тем, что при оглашении приговора находился на стационарном лечении, о чем уведомил суд через своего защитника, оснований для объявления в розыск не имелось.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевшие ФИО8, ФИО9, ФИО43 просили оставить без удовлетворения апелляционные жалобы защитников осужденного Орлова М.П. – адвокатов Яшиной А.В. и Глинкина Д.А., защитника осужденного Федорова А.А. – адвоката Тарабриной Т.А., приговор суда оставить без изменения, как законный, вынесенный с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями глав 36 — 39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела.

В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в статьях 14 и 15 УПК РФ — презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон, председательствующим судьей нарушены не были.

Содержание протокола судебного заседания свидетельствует, что судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями УПК РФ.

Судебная коллегия отмечает, что в силу статьи 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Указанное положение закона судом при рассмотрении уголовного дела в полной мере соблюдено.

Выводы суда о виновности Орлова М.П. и Федорова А.А. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ, основаны на тщательно исследованных в судебном заседании допустимых и относимых доказательствах, достаточных для правильного разрешения дела по существу, которым дана надлежащая оценка.

Как видно из материалов дела, фактические обстоятельства содеянного осужденными Орловым М.П. и Федоровым А.А., вывод об их виновности, установлены судом правильно, на основании совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, полно и правильно изложенных в приговоре.

Доводы апелляционных жалоб защитников осужденных о несоответствии выводов суда о виновности Орлова М.П. и Федорова А.А. фактическим обстоятельствам дела, о недоказанности факта оказания ими услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, и о наличии причинно-следственной связи между действиями Орлова М.П. и Федорова А.А. и наступившими последствиями в виде смерти ФИО33 и ФИО17, а также о том, что осужденные не могут являться субъектами указанного преступления, опровергаются материалами дела.

Так, выводы суда об оказании в ресторане «БарФлай», расположенном напротив третьего сектора галечного пляжа &lt,данные изъяты&gt, по адресу: Республика ФИО4, &lt,адрес&gt,, которым в период времени с 31.05.2014 по 23.08.2014 фактически руководили Орлов М.П. и Федоров А.А., услуг общественного питания и культурно-зрелищных услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшее 23.08.2014 по неосторожности смерть двух лиц, соответствует фактически установленным в ходе судебного заседания обстоятельствам, которые судом сделаны на основе анализа показаний самих осужденных, показаний свидетелей и письменных материалов дела.

Судом достоверно установлено, что Орловым М.П. не позднее 24.04.2014 было принято решение о реконструкции площадки, расположенной напротив третьего сектора галечного пляжа &lt,данные изъяты&gt,», под ресторан «&lt,данные изъяты&gt,», для чего была достигнута предварительная договоренность с руководством &lt,данные изъяты&gt, Для осуществления деятельности данного ресторана им был приглашен Федоров А.А. в качестве исполнительного директора (администратора). С целью заключения указанного договора аренды были использованы учредительные документы ООО «&lt,данные изъяты&gt, и фиктивная доверенность, выданная на имя Федорова А.А. от имени генерального директора ООО «&lt,данные изъяты&gt,» ФИО53, не осведомлённого об использовании документов данного общества и не выдававшего указанную доверенность. На основании фиктивной доверенности Федоровым А.А. по прямому указанию Орлова М.П. был подписан договор аренды № от ДД.ММ.ГГГГ площадки с &lt,данные изъяты&gt,» для ее реконструкции под ресторан «БарФлай».

Под руководством Орлова М.П. и Федорова А.А. была произведена самовольная реконструкция берегоукрепительного сооружения под ресторан «&lt,данные изъяты&gt, без проекта, разработанного в соответствии с действующими нормами и учреждённого в установленном порядке, что повлекло за собой несоблюдение требований электробезопасности, выразившееся в нарушении Правил устройства электроустановок, Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, а также были нарушены требования ФЗ РФ №184-ФЗ от 27.12.2002 «О техническом регулировании», которые устанавливают минимально необходимые требования, обеспечивающие пожарную, термическую, химическую и электрическую безопасность.

В указанном помещении, которое не соответствует техническим требованиям и регламентам, Орлов М.П., как директор ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», и Федоров А.А., как исполнительный директор (администратор) данного ресторана, небрежно относясь к возможным последствиям в виде наступления смерти потребителей, стали оказывать неопределенному кругу потребителей услуги, не отвечавшие требованиям безопасности для жизни и здоровья. Свою деятельность Орлов М.П. и Федоров А.А. — как непосредственные руководители указанного ресторана, скрыли от контролирующих органов, не уведомив о начале предпринимательской деятельности Межрегиональное управление Роспотребнадзора по Республике Крым и г. Севастополю, не получив лицензию на розничную торговлю алкоголем в Управлении потребительского рынка и услуг.

Таким образом, Орлов М.П. и Федоров А.А. с 31.05.2014, с целью извлечения прибыли, стали оказывать в ресторане «&lt,данные изъяты&gt, расположенном на площадке берегоукрепительных сооружений пляжной зоны напротив третьего сектора галечного пляжа &lt,данные изъяты&gt,: Республика ФИО4, &lt,адрес&gt,, услуги общественного питания и культурно-зрелищные услуги, которые в связи с нарушениями правил электробезопасности не отвечали требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

В ночь с 22.08.2014 на 23.08.2014 в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» Орлов М.П. и Федоров А.А. организовали очередное предоставление услуг, не отвечающих требованиям безопасности, на котором среди других посетителей присутствовали ранее знакомые между собой ФИО33 и ФИО17 Около 04 часов, ФИО33, находясь на импровизированной в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» сцене, во время танца прикоснулся левой ногой к корпусу софита LED PAR 64, имеющего конструктивные нарушения, связанные с отсутствием электробезопасной эксплуатации, в результате получил разряд электрического напряжения и упал на вышеуказанный софит, а ФИО17, видя падение ФИО33, приблизился к ФИО33, руками взялся за него, попытавшись его поднять, и через ФИО33 получил разряд электрического напряжения от вышеуказанного софита. Смерть ФИО33 и ФИО17 наступила 23.08.2014 в результате поражения электрическим током (техническим электричеством) на месте происшествия.

Признавая виновными Орлова М.П. и Федорова А.А. в совершении ими вышеуказанных деяний, суд первой инстанции верно исходил из того, что Орлов М.П. и Федоров А.А. являлись фактическими руководителями ресторана «БарФлай», который предоставлял услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшие по неосторожно смерть двух лиц.

Указанные выводы суда основаны на совокупности достоверных и допустимых доказательств, в частности показаниях потерпевших ФИО44, ФИО45, свидетелей ФИО48, ФИО49, ФИО59, ФИО26, ФИО42, ФИО29, ФИО60, ФИО46, ФИО47, ФИО50, ФИО58, ФИО38, ФИО31, ФИО39ФИО24, ФИО23, показаниях самих осужденных и протоколах осмотра места происшествия.

Так, потерпевшие ФИО44 и ФИО45, которые, будучи допрошенными в ходе судебного заседания, подтвердили тот факт, что в ночь с 22.08.2014 по 23.08.2014 они находились в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,». Потерпевшая ФИО45 указала о том, что организацией вечеринки и выступления ди-джея «&lt,данные изъяты&gt,» в указанном ресторане занимался ди-джей «Майрос» – ФИО19 и Орлов М.П., а ее муж – ФИО33 был посредником в общении. Орлов М.П. обеспечил проживание ФИО20 в своей квартире на время выступления в ресторане &lt,данные изъяты&gt,».

Свидетель ФИО42 в суде показала, что знакома с Орловым М.П. и Федоровым А.А. давно, в мае-начале июня 2014 года она готовила статью об открытии нового ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», в котором она описывала новое заведение, прилагала его дизайн и брала интервью у Орлова М.П.

О том, что ресторан «&lt,данные изъяты&gt,» функционировал под руководством Орлова М.П. и Федорова А.А., указал и свидетель ФИО46, сообщивший суду, что в апреле 2014 года он совместно с Федоровым А.А. и Орловым М.П., по предложению последнего приехал в г. Ялту с целью работать в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» в качестве графического дизайнера. ФИО46 также указал на Федорова А.А. как на лицо, которое непосредственно занималось подбором персонала в ресторане «БарФлай».

Свидетель ФИО47 указал о том, что в период с конца мая по конец сентября 2014 года он работал охранником ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», которым непосредственно руководил Федоров А.А.. Орлов также часто посещал указанное заведение, однако, с какой целью, ему неизвестно.

Кроме того, свидетели ФИО48, ФИО49, ФИО59, ФИО26, которые находились в ресторане 23.08.2014 в качестве посетителей, подтвердили обстоятельства того, что в ресторане «&lt,данные изъяты&gt, оказывались услуги общественного питания и культурно-зрелищные услуги.

Вопреки доводам апелляционных жалоб защитников осужденных о недоказанности руководства рестораном Орловым М.П. и Федоровым А.А., собранные по делу доказательства неоспоримо свидетельствуют о том, что Орлов М.П. являлся инициатором и организатором открытия на территории берегоукрепительного сооружения ресторана, об аренде территории Орлов М.П. лично договаривался с представителями &lt,данные изъяты&gt,», в созданном ресторане он в дальнейшем совместно с Федоровым А.А. осуществляли предоставление услуг общественного питания и культурно-зрелищные услуги. Данные обстоятельства подтверждаются в частности показаниями самого Орлова М.П., который указал о том, что, будучи ресторатором, у него возникла идея открытия ресторана на территории гостиницы «&lt,данные изъяты&gt,». С целью получения в пользование указанного помещения он обратился в дирекцию гостиницы «&lt,данные изъяты&gt,», где ему сообщили, что для осуществления его целей ему необходимо предоставить концепцию и дизайн проекта заведения, что и было им сделано. Для инвестирования своего проекта Орлов М.П. обратился к ранее знакомому ему инвестору – ФИО50, который согласился на его предложение, предоставил ему свою фирму ООО «&lt,данные изъяты&gt,», поручил своему юристу ФИО58 подготовить документы для заключения договора аренды площадки, предоставил денежные средства. Весь персонал по обслуживанию ресторана прибыл из &lt,адрес&gt,, в том числе и ФИО2, приблизительно один раз в неделю Федоров А.А. присылал ему финансовый отчет о затратах на «БарФлай», которые он переправлял ФИО50.

Показания Орлова М.П. в части обстоятельств аренды помещения полностью подтверждаются показаниями свидетеля ФИО111 указавшей о том, что действительно именно Орлов М.П. обратился в дирекцию и интересовался о характеристиках помещения. Уже на второй встрече Орлов М.П. присутствовал с Федоровым А.А., как представителем собственника, которому были сообщены необходимые условия для заключения договора аренды. После заключения договора аренды, для чего были предоставлены документы от ООО «&lt,данные изъяты&gt,», началось строительство помещения ресторана.

Свидетель ФИО50 указал о том, что он совместно со своим партнером ФИО54 финансировали по просьбе Орлова М.П. открытие ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» в &lt,адрес&gt,. Деньги передавались Орлову М.П. наличными. Приехав весной 2014 года в г. Ялту, он выяснил, что все деньги вложены в ресторан «&lt,данные изъяты&gt,». Ресторан «&lt,данные изъяты&gt,» уже работал, было около 10 сотрудников, приехавших из г. Санкт-Петербурга, которых привез Орлов М.П., вместе с тем документов об аренде помещения не имелось. Орлов М.П. представил ему Федорова А.А. как администратора заведения. После его отъезда, поскольку налоговая система в Крыму не функционировал, а предоставленная Орловым М.П. финансовая документация был оформлена ненадлежащим образом, им было принято решение использовать юридические лицо ООО «&lt,данные изъяты&gt, для юридической регистрации ресторана и оформления контрольно-кассовой системы. С данной целью он поручил своему юристу ФИО58 отправить документы данного юридического лица, которое фактически не использовалось по назначению в &lt,адрес&gt,, Орлову М.П., который был на правах руководителя ресторана &lt,данные изъяты&gt,». В дальнейшем, согласно договоренности, Орлов М.П. должен был вступить в состав учредителей ООО «&lt,данные изъяты&gt,». После того, как по его поручению ФИО31 была проведена ревизия в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,», с учетом того, что Орлов М.П. не согласовывал свои действия по открытию указанного ресторана с инвесторами, он прекратил инвестировать ресторан «&lt,данные изъяты&gt,».

Указанные показания свидетеля полностью согласуются с показаниями Федорова А.А., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что Орлов М.П. предложил ему должность управляющего рестораном, который тот планировал открыть в г. Ялте, на что Федоров А.А. согласился. С целью открытия ресторана Орловым был подобран персонал из числа лиц, которые работали совместно с Федоровым А.А. в ресторане в г. Санкт-Петербурге, было подыскано место для аренды помещения и найден инвестор ФИО50, который вложил денежные средства и предоставил документы на фирму ООО «&lt,данные изъяты&gt,». Орлов М.П. позиционировал себя как директор ресторана. Со слов Орлова М.П. ему стало известно, что он будет менять состав учредителей ООО «&lt,данные изъяты&gt,» для того, чтобы войти в состав учредителей и официально получать доход в виде 20 процентов от прибыли ресторана, а также получить должность генерального директора, с целью руководства деятельность заведения. Поскольку необходимо было в кратчайшие сроки открыть заведение, в Ялту были переданы учредительные документы ООО «&lt,данные изъяты&gt,», среди которых была и доверенность, выданная от данной организации на имя Федорова А.А.. По поручению Орлова М.П. от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt, был подписан договор аренды с &lt,данные изъяты&gt,». Строительством ресторана руководил лично Орлов М.П., при этом никакой проектной документации у него не имелось и строительство производилось по устному указанию Орлова М.П.. Официально оформить руководство заведения от Орлова М.П. также требовал и ФИО50. С начала июня по 24 августа 2014 года бар оказывал услуги для населения. Оформление на работу барменов, официантов, поваров, менеджеров зала осуществлялось на основании типового договора, который составлялся в двух экземплярах и подписывался непосредственно Федоровым А.А. на основании выданной на его имя доверенности. Официально приказ о приеме на работу не оформлялся. Федоров получал заработную плату в размере 50 000 рублей из оборотных средств. Работу официантов курировали посменно администраторы зала ФИО52, ФИО29, ФИО66. Федоров А.А. курировал работу по оказанию услуг заведения, а Орлов М.П. курировал всю деятельность заведения. Ответственного лица за технику безопасности электрооборудования и электричество во время работы ресторана не было. ФИО50 были предприняты попытки контроля расходования денежных средств, он требовал от Орлова М.П. предоставить ему сметы, расчеты как на строительство, так и на закупку продуктов и алкоголя, на оплату труда, калькуляции по кухне. Так как Федоров А.А. вел учет по кухне, он отчитывался о данных расходах перед Орловым М.П., который в свою очередь отчитывался перед ФИО50 С непосредственного контроля и согласия Орлова М.П., который устанавливал заработную плату, время работы и распределял обязанности, Федоров А.А. осуществлял операции по выемке денежных средств из кассы, выдачу денежных средств работникам и поставщикам.

Показания свидетеля ФИО50 и Федорова А.А. в части осуществления Орловым М.П. и Федоровым А.А. руководства деятельностью ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» полностью подтверждается показаниями свидетеля ФИО54, указавшего о том, что деятельность по строительству ресторана, обустройству и подготовке к работе ресторана, получению от деятельности ресторана финансовой прибыли осуществлял непосредственно Орлов М.П., при этом юридический директор ООО «&lt,данные изъяты&gt,» фактического руководства обществом не осуществлял. Данные обстоятельства подтвердила свидетель ФИО51, которая указала о том, что по просьбе ФИО50 и ФИО54 в 10-х числах августа была проведена проверка деятельности ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», непосредственной работой которого руководил Орлов М.П., он же брал деньги на открытие ресторана, а Федоров А.А. занимался обеспечением деятельности этого заведения. Данные обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей ФИО29 и ФИО52, которые работали в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,», распечаткой электронной переписки между ФИО50 и Орловым М.П., из которых следует, что Орлову М.П. действительно были предоставлены ФИО50 денежные средства.

Таким образом, на основании вышеуказанных доказательств, а также иных доказательств, подробно изложенных судом в приговоре, судом достоверно было установлено, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ непосредственными руководителями ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» являлись Федоров А.А. и Орлов М.П. При этом суд исходил из того, что именно Орлов М.П. получил денежные средства и расходовал их на обустройство заведения по собственному усмотрению, планировал получение прибыли от его эксплуатации, а после того, как ресторан стал функционировать, выполнял все действия организационно-распорядительного характера, отчитывался перед лицами, инвестировавшими денежные средства в строительство и открытие ресторана, а Федоров А.А. выполнял функции управляющего заведением, то есть являлся главным среди администраторов (исполнительным директором), в том числе подписал договор аренды помещения, в котором организован ресторан «&lt,данные изъяты&gt,», договор аренды музыкального оборудования, использованного в ресторане «БарФлай», в том числе в ночь с 22.08.2014 на 23.08.2014, выдавал заработную плату, то есть выполнял административно-хозяйственные полномочия.

Доводы стороны защиты, аналогичные доводам, изложенным в апелляционных жалобах, о том, что непосредственными руководителями ресторана &lt,данные изъяты&gt,» являлся директор ООО «&lt,данные изъяты&gt,» — ФИО53, а также ФИО50, ФИО51, ФИО65 обоснованно отклонены судом. Такие доводы стороны защиты опровергли в судебном заседании свидетели ФИО53, а также свидетели ФИО50, ФИО54, ФИО51, указавшие о том, что ни один из них не являлся руководителем ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», не занимались его организацией, а в последующем и функционированием, им ничего не известно о деятельности ресторана, его концепции, процессе его строительства, подбора персонала, способа оплаты труда персоналу и о размере заработной платы, поставке продукции и организации культурно-зрелищных мероприятий.

Сам факт инвестирования денежных средств в создание указанного заведения, а также последующая ревизия использования таких инвестиций, не может свидетельствовать о том, что ФИО50 являлся руководителем созданного Орловым М.П. ресторана, а лишь подтверждает совершение непосредственно Орловым М.П. действий по фактическому созданию ресторана – реконструкции берегоукрепительных сооружений, оборудование его необходимым инвентарем (мебелью, предметами интерьера), подбор персонала и обеспечение его жильем, организации процесса предоставления услуг общественного питания и развлекательных мероприятий, на что у Орлова М.П. имелись денежные средства, предоставленные ему ФИО50, то есть подтверждает наличие финансовой возможности у Орлова М.П. на реализацию его умысла по предоставлению услуг общественного питания неограниченному кругу лиц и культурно-зрелищных услуг с целью дальнейшего получение прибыли. При этом тот факт, что ФИО50 дал указание ФИО58 о выдаче доверенности от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt,» на имя ФИО2 и в дальнейшем направил ФИО112 для проверки деятельности ресторана «&lt,данные изъяты&gt,», не опровергают указанные выводы и суд первой инстанции дал надлежащую оценку данным обстоятельствам, указав о том, что именно Орлов М.П., получив от ФИО50 денежные средства, расходовал их по собственному усмотрению на обустройство заведения, руководил рестораном путем принятия работников, определения их функциональных обязанностей, размера заработной платы, контролировал выполнение ими обязанностей, осуществлял организацию, планирование и координацию деятельности ресторана, обеспечивал высокий уровень эффективности производства, осуществлял контроль за рациональным использованием материальных, финансовых и трудовых ресурсов, качеством обслуживания клиентов, тем самым выполняя организационно-распорядительные функции, то есть осуществлял общее руководство рестораном. Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, поскольку материалами дела выполнение вышеуказанных функций иными лицами, в частности ФИО113, не подтверждено. Действия ФИО114, на которые указывают в апелляционных жалобах защитники ФИО12, ФИО13, направленные на последующее официальное трудоустройство персонала и выяснение фактической рыночной стоимости ресторана, оценки эффективности процесса извлечения прибыли, стабильности и перспективы коммерческой деятельности также не указывает на общее руководство рестораном этими лицами. Более того, данные факты имели место после рассматриваемых событий, в результате которых наступила смерть ФИО33 и ФИО17, не входят в объем обвинения, согласно которому совершение вмененных Орлову М.П. и Федорову А.А. действий имело место с 31.05.2014 по 23.08.2014, в связи с чем, такие доводы судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

Указанные выводы суда наряду с другими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, основаны и на показаниях Федорова А.А., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании с соблюдением требований УПК РФ, согласно которым строительством ресторана занимались лица, которых нанимал непосредственно Орлов М.П., и всеми работами по строительству руководил также Орлов М.П., при этом у Орлова М.П. не было проекта производства работ и строительство производилось по его устному указанию.

Показания осужденного полностью подтверждаются показаниями допрошенного в ходе судебного заседания свидетелей ФИО57, который занимался строительством помещения ресторана &lt,данные изъяты&gt,» под руководством Орлова М.П.. Его рабочие устанавливали внутреннюю проводку и розетки в помещении бара без проектной документации. При этом свидетель сообщил, что Орлов М.П. утверждал о последующем согласовании проекта. Кто устанавливал электрооборудование ему неизвестно.

Такие показания также полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО55, пояснившего, что по указанию Орлова М.П. проводил электрический кабель и подсоединял его к электроустановкам при строительстве ресторана «&lt,данные изъяты&gt,». Электропроводку он прокладывал по схеме, предоставленной Орловым М.П. После того, как ресторан был построен, работы, связанные с электричеством, он не проводил, показаниями свидетеля ФИО29, пояснившей, что в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» не было ответственного за обеспечение техники безопасности, или ответственного за электрооборудование.

Проверив доводы апелляционных жалоб защитников осужденных о том, что судом в приговоре не дана надлежащая оценка показаниям указанного свидетеля и о том, что в приговоре показания отражены неверно, суд апелляционной инстанции отклоняет их, как надуманные, поскольку изложенные в протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ показания свидетеля ФИО55 отражены в приговоре без искажения их сути. Кроме того, судом обоснованно положено в основу приговора указанные показания как доказательства виновности ФИО1 и ФИО2, поскольку они являются достоверными и согласуются с иными доказательствами по делу.

При этом доводы апелляционных жалоб адвокатов ФИО12 и ФИО13 о том, что свидетель ФИО55 осуществлял ремонт музыкального оборудования по просьбе иных лиц и это исключает ответственность осужденных, которые не были поставлены в известность о проведении такого ремонта, отвергаются судебной коллегией, поскольку не относятся к предмету доказывания. Так, осужденные, как руководители ресторана, мер, исключающих производство такого ремонта в месте предоставления услуг неограниченному кругу лиц, не предприняли, что также подтверждает, что оказываемые ими услуги носили опасный характер для жизни и здоровья людей, поскольку допускали возможность вмешательства посторонних лиц к работе электроустановок, которые являются потенциальным источником поражения электричеством.

Орлов М.П., как лицо, которое осуществляло общее руководство деятельностью ресторана путем финансирования за счет полученных от ФИО50 инвестиций, и Федоров А.А., как лицо, непосредственно исполняющее на месте функции руководителя по организации производственного процесса ресторана путем обеспечения своевременной закупки товаров, работы кухни, исполнения своих обязанностей персоналом, подписанием договоров, то есть как руководители заведения несут ответственность за безопасность предоставляемых созданным и руководимым ими заведением услуг, в связи с этим все иные обстоятельства, на которые ссылаются в апелляционных жалобах защитники, такие как ремонт оборудования свидетелем ФИО55 по просьбе третьих лиц, организация концертов и выступлений в ресторане иными лицами, использование арендованного по заключенному Федоровым А.А. договору оборудования (аппаратуры) в личных целях иными лицами, а также исправность или неисправность такой аппаратуры и время образования таких повреждений оборудования (неисправности вилки софита) – не имеет правового значения для определения в данных конкретных условиях виновности и наступления ответственности Орлова М.П. и Федорова А.А. по ст.238 УК РФ, поскольку ими были проигнорированы требования, предъявляемые к потребителям (каковым является возглавляемый ими ресторан) при использовании электроустановок при оказании услуг неограниченному числу лиц.

Не имеет правового значения и тот факт, обладали или нет осужденные знаниями в области эксплуатации электрооборудования, поскольку, оказывая услуги общественного питания и развлекательного характера, они должны были принять все меры в силу требований ФЗ «О защите прав потребителей» для того, чтобы оказываемые ими услуги были безопасны для потребителей таких услуг и с этой целью должны были в соответствии с требованиями ФЗ «О техническом регулировании», Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей назначить ответственное за электрохозяйство лицо, а помимо этого и организовать, обеспечить эксплуатацию и обслуживание электроустановок подготовленным электротехническим персоналом в соответствии с проектной документацией, рабочими схемами электрических соединений, техническими паспортами на электрооборудование, сертификатами, чего выполнено не было. В связи с отсутствием в ресторане специально назначенного лица, ответственного за электрохозяйство и имеющего специальное электротехническое образование, не были своевременно выявлены нарушения требований нормативных актов в сфере электробезопасности, что создавало реальную опасность для жизни и здоровья потребителей. Федоров А.А. при этом, как администратор ресторана, не пресек нахождение потребителей на непосредственном месте работы электрооборудования.

При этом судебная коллегия отклоняет доводы апелляционных жалоб защитников ФИО37, ФИО12 о том, что вмененные осужденным нарушения ФЗ «О защите прав потребителей», Трудового кодекса РФ, Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, Правил устройства электроустановок не относятся к предоставлению услуг рестораном, а регулируют отношения между работодателем и работником, а имевший повреждения софит не относится к электроустановкам. Отвергая такие доводы, судебная коллегия исходит из того, что соблюдение в совокупности указанных нормативно-правовых актов направлено на предоставление безопасных услуг потребителям, вследствие чего соблюдение осужденными положений указанных норм не могут оцениваться в отдельности, а действия Орлова М.П. и Федорова А.А. по организации предоставления услуг рестораном подлежат оценке на их соответствие вышеуказанным нормам в их взаимодействии.

Также коллегия судей отмечает, что ФЗ «О техническом регулировании» содержит общие требования относительно обеспечения пожарной, термической, химической и электрической безопасности, сведения об органах, контролирующих соблюдение таких требований, нормативную базу, регулирующую правоотношения в сфере проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации продукции и вменено нарушение этого закона осужденным в совокупности с иными нормативными актами, вследствие чего несостоятельны доводы о неконкретности обвинения в части нарушения осужденными данного закона.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционных жалоб о недоказанности подложности доверенности, выданной от имени директора ООО «&lt,данные изъяты&gt,» — ФИО53 на имя ФИО2, о чем в своей апелляционной жалобе указал защитник ФИО37. Согласно показаниям самого ФИО53 им никогда не подписывалась указанная доверенность, поскольку деятельностью ООО «&lt,данные изъяты&gt, он фактически не занимался, все учредительные документы на данную организацию были у второго учредителя ФИО50. Несмотря на то, что проведенной экспертизой не удалось установить, кем — ФИО53 либо другим лицом, выполнена подпись от имени ФИО53, показания свидетелей &lt,данные изъяты&gt, наряду с показаниями самого ФИО53 указывают о том, что такая доверенность ФИО53 не выдавалась. Вследствие указанного несостоятельны и доводы о причастности ФИО53, от имени которого выдана доверенность Федорову А.А., к деятельности ресторана «&lt,данные изъяты&gt,».

Вопреки доводам апелляционных жлоб защитников, судом первой инстанции достоверно установлено и то обстоятельство, что оказываемые Орловым М.П. и Федоровым А.А. услуги в ресторане «БарФлай», не отвечали требованиям безопасности жизни и здоровья, и у осужденных был прямой умысел на оказание таких услуг.

Согласно исследованным в ходе судебного заседания материалам об административном правонарушении главным специалистом отдела надзорной деятельности по г. Ялта УНД ГУ МЧС России по Республике ФИО4ФИО56, на основании распоряжения заместителя прокурора города Ялты, было установлено, что в кафе «&lt,данные изъяты&gt,» нарушены требования Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 №390 «О противопожарном режиме», которым утверждены «Правила противопожарного режима в РФ» (далее «Правила»), а именно: отсутствует приказ о назначении должностных лиц, ответственных за пожарную безопасность (п. 4 Правил), отсутствует инструкция о мерах пожарной безопасности на объекте (п.2 Правил), лица, допущены к работе, без прохождения противопожарного инструктажа и прохождения пожарно-технического минимума (п.3 Правил), не определен срок и порядок проведения противопожарного инструктажа (п.3 Правил), отсутствует инструкция о порядке действий обслуживающего персонала на случай возникновения пожара в дневное и ночное время ( п. 9 Правил), помещения не обеспечены огнетушителями (п. 70 Правил), допущено использование электропроводов и кабеля с видимыми нарушениями изоляции (п. 42 Правил).

О выявленных нарушениях в ресторане «БарФлай» подтвердил допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО56, который участвовал в обследовании условий работы ресторана 23.08.2014.

Свидетель ФИО22 также указала о том, что в ходе проведения осмотра электропроводки в ресторане «&lt,данные изъяты&gt, ею, как специалистом, было установлено нарушение Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, о чем была составлена соответствующая справка, в которой были отражены имеющиеся нарушения, а именно отсутствие проектной документации по электроснабжению кафе, отсутствие пояснительной записки, отсутствие протокола испытания измерений, отсутствие рабочих чертежей, отсутствие технических паспортов, инструкций.

Свидетель ФИО57 также указал на то, что при производстве работ по строительству ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» он говорил Орлову М.П. о необходимости предоставления соответствующей технической документации для проведения работ по строительству, на что Орлов М.П. указал о последующем согласовании всех реконструкций с соответствующими органами.

Материалами дела также достоверно установлено, что ресторан «&lt,данные изъяты&gt,» начал свою работу и продолжал её без каких-либо документов, подтверждающих факт уведомления контролирующих органов об открытии ресторана и оказании им услуг, исключительно на основании договора аренды территории. Каких-либо иных документов, подтверждающих факт легального функционирования ресторана «&lt,данные изъяты&gt,» как объекта, оказывающего услуги общественного питания и услуги культурно-зрелищного характера, не имеется, договоры с сотрудниками заведения стали заключаться уже после рассматриваемых событий, при этом сам факт уклонения Орлова М.П. от уведомления таких органов, а также последующий его отказ от переоформления учредительных документов и вступления в состав учредителей ООО «&lt,данные изъяты&gt,», о чем указали свидетели ФИО50 и ФИО58, а также сам Федоров А.А. сообщил о том, что Орлов М.П. так и не стал учредителем Общества, свидетельствует об умышленных действиях Орлова М.П. по предоставлению услуг, которые не соответствовали требованиям безопасности, и исключает неосведомленность Орлова М.П. об этом. Данные обстоятельства были известны Федорову А.А., которым также не принималось каких-либо мер для приведения деятельности ресторана в соответствии с требованиями безопасности предоставляемых им услуг. О необходимости соблюдения технических регламентов, а также предоставления соответствующих документов следует и из договора аренды территории, заключенного Федоровым А.А. от имени ООО «&lt,данные изъяты&gt,» с &lt,данные изъяты&gt,

Таким образом, на основании установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела судом сделан верный вывод о том, что произведенная по указанию Орлова М.П. при участии Федорова А.А. реконструкция берегоукрепительных сооружений под ресторан «&lt,данные изъяты&gt,» без проекта, разработанного в соответствии с действующими нормами и утверждённого в установленном порядке, повлекла за собой несоблюдение требований электробезопасности, выразившееся в нарушении Правил устройства электроустановок, Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ. Вышеуказанное заведение было запущено в эксплуатацию в нарушение требований ФЗ РФ №184-ФЗ от 27.12.2002 «О техническом регулировании», которые устанавливают минимально необходимые требования, обеспечивающие пожарную, термическую, химическую и электрическую безопасность, что не могло быть неизвестно осужденным, которым неоднократно указывали на необходимость согласования реконструкции с целью безопасности дальнейшего функционирования заведения.

При этом несостоятельны доводы защитника ФИО37 о том, что Орлов М.П. не производил строительство ресторана, а ресторан был открыт на месте ранее существовавшего кафе, поскольку ФИО1 вменено реконструкция берегоукрепительного сооружения путем оборудования площадки под ресторан.

Тот факт, что судом ошибочно указано на то, что положения п.п. 2.1.21-2.1.26, 2.1.33, 2.1.47, 2.3.15 Правил устройства электроустановок утверждены приказом №204 от 08.07.2002 Минэнерго РФ, не исключает наступление уголовной ответственности за оказание услуги в заведении, не отвечающем требованиям безопасности, поскольку указанные п.п. 2.1.21-2.1.26, 2.1.33, 2.1.47, 2.3.15 Правил устройства электроустановок являются действующими, содержаться в 6 издании, содержат действующие главы 2.1 и 2.3, в которых изложены правила установки и эксплуатации кабельных линии напряжением до 220 кВ и электропроводки, изложенные в п.п. ДД.ММ.ГГГГ-2.1.26, 2.1.33, 2.1.47, 2.3.15 Правил устройства электроустановок, и также обязательны для исполнения, в том числе на момент рассматриваемых событий.

Доводы апелляционной жалобы защитника ФИО12 о необоснованном признании Орлова М.П. и Федорова А.А. виновными в предоставлении услуг, не отвечающим требованиям п.п. 2.2.20, 2.12.5, п.1.2.2 приложения № 3 Правил устройства электроустановок, утверждённых приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, ввиду того, что приложение №3 указанных правил вообще не содержит в себе таких пунктов, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку судом первой инстанции на основании исследованных в ходе судебного заседания доказательств были установлены нарушения п.п. 2.2.20, 2.12.5, п.1.2.2 Правил устройства электроустановок, в том числе и приложения №3 к нему.

Установлено судом и то обстоятельство, что действия Орлова М.П. и Федорова А.А., которые оказывали в ресторане «БарФлай» услуги, в том числе культурно-зрелищные, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекли по неосторожности смерть ФИО33 и ФИО17

Согласно заключению эксперта №634 от 01.10.2014 смерть ФИО33 наступила в результате поражения электрическим током (техническим электричеством). Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО17 наступила в результате поражения электрическим током (техническим электричеством).

Несмотря на то, что стороной защиты оспаривается доказанность наступления смерти потерпевших в результате прикосновения ФИО33 левой ногой к корпусу софита LED PAR 64, имеющего конструктивные нарушения, связанные с отсутствием электробезопасной эксплуатации, от чего он получил разряд электрического напряжения и упал на вышеуказанный софит, а ФИО17, видя падение ФИО33, приблизился к ФИО33, руками взялся за него, попытавшись его поднять, и через ФИО33 получил разряд электрического напряжения от вышеуказанного софита, указанные обстоятельства судом установлены на основании подробно приведенных в приговоре доказательств. Сомнений в правильности указанных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется. Такие выводы суда основаны на показаниях свидетелей и потерпевших, указавших, что смерть ФИО17 и ФИО33 наступила в момент, когда ФИО33 находился на импровизированной сцене и танцевал, оборудование – софиты, также находились в переделах места нахождения ФИО33, что, кроме прочего, подтверждено и протоколом осмотра места происшествия. Смерть ФИО17 наступила после того, как он пытался помочь ФИО33, у которого начались судороги. Из показаний свидетелей ФИО61 и ФИО25 — врачей скорой медицинской помощи следует, что при оказании первой медицинской помощи пострадавшим на теле у них были обнаружены повреждения, характерные для повреждения электрическим током. Такие показания не противоречат и выводам вышеприведенных судебно-медицинских экспертиз, установивших причину смерти от действия электрического тока (техническим электричеством).

Каких-либо иных данных, позволяющих прийти к выводу, что смерть пострадавших наступила не в том месте и не при указанных обстоятельствах, по делу не имеется, сомневаться в правильности установленных обстоятельств смерти ФИО33 и ФИО17 ни у суда первой инстанции, ни у суда апелляционной инстанции не имеется.

Допрошенные в ходе судебного заседания потерпевшие ФИО44, ФИО45, свидетели ФИО59, ФИО26, ФИО48, ФИО60, которые находились в ночь с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ресторане «БарФлай» пояснили, что ФИО33, который находился на сцене за диджейским пультом получил разряд электрическим током, а ФИО17, взявшего того за руку, также поразило электрическим током. Оказанная потерпевшим помощь результатов не дала.

Аналогичные обстоятельства следуют и из показаний свидетеля ФИО49

Вышеуказанные показания являются последовательными, взаимодополняющими, им суд дал надлежащую оценку, обоснованно положив их в основу приговора.

Несостоятельны доводы апелляционной жалобы защитника ФИО12, указавшей о том, что в основу приговора судом положены доказательства, которые не относятся к предмету доказывания, в частности не подтверждают причастность Орлова М.П. к наступлению смерти потерпевших. Не соглашаясь с такими доводами апелляции, судебная коллегия отмечает, что показания ФИО22, ФИО56, ФИО45, ФИО44, ФИО9, ФИО23, ФИО24, ФИО61, ФИО25, ФИО49, ФИО59, ФИО26, ФИО48, ФИО57, ФИО42, ФИО46, протоколы следственных действий по осмотру места происшествия проанализированы судом, им дана оценка и они приняты в той части, в которой подтверждают факт оказания услуг рестораном, обстоятельства (время, место, способ), при которых наступила смерть потерпевших, что входит согласно ст.73 УПК РФ в предмет доказывания, то есть такие доказательства обоснованно признаны судом относимыми и положены в основу приговора.

Не вызывают сомнения и правильность оценки судом заключения эксперта от 21.04.2015 года №31/15Э, как относимого и допустимого доказательства по делу. Так, согласно выводам указанного заключения проведенным органолептическим и лабораторным исследованием не выявлено следов аварийного режима работы и замыкания электрической сети. Отсутствие вещно-следовой обстановки на электрооборудовании и электропроводах, предоставленных на исследовании, не позволяет выявить причины аварийного режима работы оборудования и замыкания электрической сети. Вместе с тем, в софите №1 установлено, что корпус прибора подключен к РЕ проводнику, однако на кабель питания установлена штепсельная вилка без заземляющего контакта (тип Viko 0303517). В вилке провод РЕ объединен со штепсельным контактом, что недопустимо, так как в зависимости от полярности подключения вилки в розетку происходит включение фазного напряжения на корпус софита через РЕ проводник, что представляет угрозу поражения электрическим током при прикосновении к корпусу софита или к токопроводящим элементам крепления софита. При исследовании софита не обнаружены следы аварийного режима работы, коротких замыканий электрической сети. Этот факт не исключает вероятности того, что при прикосновении к металлическому корпусу софита могло произойти поражение электротоком. При попадании человека под напряжение 220 В частотой 50 Гц, расчетное сопротивление тела человека составляет 1000 Ом, соответственно ток протекающий через корпус софита в тело человека (около 220 мА) не будет иметь значения, достаточные для возникновения в софите следов аварийной работы или короткого замыкания, однако такой ток является опасным для человека, так как смертельным значением тока для человека считается значение 100 мА и более. Протекание такого тока не вызовет поражений в электропроводке, как при коротком замыкании: в софите отсутствует оплавление или обугливание изоляции проводника, характерный запах гари.

Эксперт пришел к выводу, что организационно-техническими причинами, повлекшими несчастный случай, имевший место в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,», является несоблюдение в полном объеме правил по охране труда. Ответственным за соблюдение правил безопасности, применительно к рассматриваемой ситуации, является директор, которым были нарушены требования ст.212 Трудового кодекса РФ и Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей. Выявленные нарушения правил безопасности находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими негативными последствиями в виде поражения электротоком ФИО33 и ФИО17, повлекшие за собой их смерть.

Оснований сомневаться в компетентности и объективности экспертов, а вследствие этого и достоверности данной экспертизы у суда первой инстанции не имелось, не имеется таковых и у апелляционной инстанции. Заключение выполнено экспертами-техниками, имеющими высшее образование, соответствующую квалификацию, большой опыт работы по специальности, в полном соответствии с требованиями ст.ст. 195, 199, 204 УПК РФ и положениями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года №73-ФЗ. Несогласие авторов апелляционных жалоб с выводами эксперта не является основанием для сомнений в обоснованности данных заключений.

Не усматривает судебная коллегия и неполноту проведенного исследования, на что указывает защитник Тарабрина Т.А., ссылаясь на показания эксперта ФИО18, указавшей на то, что ею не проводилось сравнительного исследования представленного софита с подобным софитом, не бывшим в эксплуатации, на предмет соответствия техническим характеристикам. При проведении инженерно-технической экспертизы экспертами было установлено отсутствие каких-либо повреждений прибора, свидетельствующих об аварийной работе и замыкании электрической сети, вследствие этого не ставился вопрос о соответствии качества представленного софита его техническим характеристикам. Лабораторного исследования прибора не проводилось, поскольку такое исследование проводится согласно техническим регламентам только в отношении нового оборудования.

Судебная коллегия не принимает доводы апелляционных жалоб о неполноте проведенных экспертных исследований и отсутствии выводов экспертов, подтвердивших нарушение Орловым М.П. и Федоровым А.А. требований п.п.1.7.69, 1.7.85, 1.7.87, 2.1.21-2.1.26, 2.1.33, 2.1.47, 2.3.15 Правил устройства электроустановок, п.п. 2.2.20, 2.12.5, 1.2.2 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, как основание для отмены приговора суда. При этом суд исходит из того, что в ходе работы ресторана отсутствовала какая-либо документация, позволяющая установить весь объем электрооборудования, планы-схемы, подтверждающие расположения таких электроустановок, сертификаты на оборудования, отсутствовало ответственное лицо, не разрабатывалось должностных инструкций, Правила поведения потребителя при оказании культурно-зрелищных услуг, информации о правилах оказания услуг, иные документы, на основании которых можно было бы назначить проведение иных видов инженерно-технических экспертиз, что имело место именно вследствие нарушения осужденными общих требований законодательства, для установления которых специальных познаний не требуется.

Говорить о том, что смерть потерпевших наступила вследствие иных причин, чем это установлено выводами заключения №-Э от ДД.ММ.ГГГГ о несоблюдении руководителем правил охраны труда и безопасности при эксплуатации электроустановок, оснований не имеется, и из исследованных судом первой инстанции доказательств, представленных стороной обвинения, таких обстоятельств не установлено.

Судебная коллегия отклоняет и доводы стороны защиты о необоснованном вменении осужденным нарушения ими требований ФЗ «О защите прав потребителей» вследствие того, что не доказан факт оказания культурно-зрелищных услуг на возмездной основе, как того требует преамбула Закона. Отклоняя такие доводы, суд апелляционной инстанции учитывает, что сама по себе деятельность ресторана, общее руководство которым осуществлял Орлов М.П., а исполнительным директором которого фактически был Федоров А.А., направлено на извлечение прибыли, то есть его целью было оказание услуг на возмездной основе. Вследствие чего, все услуги, предоставляемые указанным рестораном «&lt,данные изъяты&gt,», в том числе культурно-зрелищные, являются возмездными и на них распространяются требования Закона «О защите прав потребителей».

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом была проверена версия стороны защиты о наступлении смерти потерпевших в результате несвоевременного оказания первой медицинской помощи. Так, в судебном заседании были допрошены врачи неотложной медицинской помощи ФИО61 и ФИО25, которые указали о том, что по приезду к месту трагедии потерпевшие уже не подавали признаков жизни, реанимационные мероприятий успеха не дали, была констатирован их смерть. Указанные показания полностью подтверждаются судебно-медицинскими заключениями, ввиду чего доводы стороны защиты суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Таким образом, при предоставлении Орловым М.П. и Федоровым А.А., как руководителями ресторана «&lt,данные изъяты&gt, услуг не были выполнены положения ст.7 ФЗ РФ от 07.02.1992 г. «О защите прав потребителей», гарантирующие права потребителей на безопасность услуг, ст. 212 Трудового кодекса РФ, положения ФЗ РФ № 184-ФЗ от 27.12.2002 «О техническом регулировании» и п.п. 1.2.3,1.2.7., 1.2.1., 1.4.1 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, поскольку ими лично, как руководителями ресторана «БарФлай», не организовано назначение ответственного за электрохозяйство и его заместителя, не организовано обеспечение эксплуатации и обслуживания электроустановок подготовленным электротехническим персоналом, в результате чего, в нарушение п.п. 1.8.1., 1.8.2 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, отсутствовали утверждённая проектная документация со всеми последующими изменениями, акты испытаний и наладки электрооборудования, приемки оборудования в эксплуатацию, исполнительные рабочие схемы электрических соединений, технические паспорта основного электрооборудования сертификаты на оборудование и материалы, производственные инструкции по эксплуатации электроустановок, в том числе на софиты светодиодные типа LED PAR 64, один из которых имел нарушения конструкции, что представляло непосредственную угрозу для жизни и здоровья, а именно поражения электрическим током при прикосновении к корпусу софита или к токопроводящим элементам крепления софита.

В результате совместных действий Орлова М.П. и Федорова А.А., не выполнивших вышеуказанные обязательства, как руководителей ресторана, наступила смерть ФИО17 и ФИО33

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом на основании тщательно исследованных в судебном заседании доказательствах было установлено, что неисполнение Орловым М.П. и Федоровым А.А. требований ФЗ «О защите прав потребителей», обеспечивающих потребителю право на то, чтобы услуга при обычных условиях ее использования была безопасна для жизни и здоровья потребителя, требований Правил устройства электроустановок и Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом №6 от 13.01.2003 Минэнерго РФ, состоит в причинно-следственной связи со смертью ФИО33 и ФИО17

Правильность указанных выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не вызывает.

При этом ссылка суда в приговоре на нарушение требований ст.7 ФЗ РФ №2300-1 от 07.02.1992 «О защите прав потребителей» на редакцию закона от 28.07.2012, не исключает наступление уголовной ответственности, поскольку последующими редакциями Закона от 02.07.2013 и 05.05.2014 изменения в статью 7 не вносились.

Что касается доводов апелляционных жалоб об отсутствии умышленной формы вины осужденных и как следствие — отсутствие оснований для привлечения их к уголовной ответственности по ст.238 УК РФ, то такие доводы необоснованы.

Преступление, предусмотренное ч.3 ст.238 УК РФ, характеризуется двойной формой вины: умышленная вина по отношению к оказанию услуг, не отвечающим требованиям безопасности, неосторожная вина по отношению к причиненному вреду.

Осужденные Орлов М.П. и Федоров А.А., открывая ресторан при неоднократных указаниях лиц, осуществлявших работы по оборудованию ресторана (в том числе при производстве работ по обустройству электропроводки), а также при подписании договора аренды площадки, в котором указано о необходимости наличия всей технической документации, в условиях открытого доступа посетителей ресторана к электропроводке, а также электрооборудованию (как это видно из протоколов осмотра места происшествия и административных материалов по факту нарушения требований пожарной безопасности) не могли не осознавать, что предоставляемые ими услуги ресторана не отвечают требованиям безопасности жизни или здоровья людей, поскольку такие требования ими изначально не соблюдены и мер к выполнению этих требований не принято. Препятствий к тому, чтобы осужденные могли и должны были предвидеть возможность наступления от предоставления таких услуг опасных последствий, не имелось.

Фактические обстоятельства дела, установленные судом на основании тщательно исследованных доказательств, полностью подтверждают выводы суда о совершении преступления осужденными по предварительному сговору группой лиц, о чем свидетельствует фактическое распределение обязанностей между Орловым М.П. и Федоровым А.А. по управлению рестораном, его функционированием, что имело место до начала работы ресторана, и достижение единой цели – предоставление услуг с целью извлечения прибыли. Вследствие указанного, доводы об отсутствии между осужденными предварительного сговора и совершение преступления группой лиц опровергаются материалами дела.

В связи с этим, суд дал правильную правовую оценку действиям осуждённых Орлова М.П. и Федорова А.А. и квалифицировал их по ч.3 ст.238 УК РФ, их вина в совершении указанного преступления в суде доказана полностью показаниями свидетелей и материалами, исследованными в суде.

В связи с отсутствием в диспозиции ст.238 УК РФ указания на специальный субъект, субъектом указанного преступления является лицо, достигшее возраста, с которого наступает уголовная ответственность, и фактически оказывающее услуги, не отвечающие требованием безопасности жизни и здоровья потребителей.

Как верно установлено судом на основании предоставленных доказательств, Орлов М.П., как директор ресторана, а Федоров А.А. как исполнительный директор (администратор) в инкриминируемый им период времени фактически оказывали возмездные культурно-зрелищные услуги, в связи с чем, доводы апелляционных жалоб о тот, что обвиняемые не могут быть субъектами преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, являются необоснованным.

Утверждения защитников о том, что в момент произошедших событий осужденные были отстранены от деятельности бара, а Орлов М.П. вообще не находился в помещении бара, не являются значимыми для указанного уголовного дела, поскольку как Орлов М.П. так и Федоров А.А. при осуществлении своей деятельности по руководству рестораном изначально не делегировали иным лицам и специалистам свои обязанности по обеспечению электробезопасности, не организовали надлежащую подготовку, обучение и инструктаж лиц, имеющих доступ к эксплуатации электрооборудования, и сами не исполнили указанные обязанности.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, была проверена и исследована в ходе судебного следствия.

Суд обоснованно признал показания потерпевших, свидетелей обвинения объективными и достоверными, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, анализ которым дан в приговоре.

Вопреки утверждениям, приведенным в апелляционных жалобах, в ходе предварительного следствия надлежащим образом были установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в том числе, место и время совершения преступления, которое в процессе расследования уточнялось и согласно полученной документации и показаниям допрошенных по уголовному делу лиц было установлено, что в ресторане «&lt,данные изъяты&gt,» оказывались услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей с 31.05.2014 по 23.08.2014.

Председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Требования ст.271 УПК РФ при разрешении заявленных ходатайств судом не нарушено. Постановленные по результатам рассмотрения ходатайств решения суда должным образом мотивированы.

Что касается доводов жалоб о причастности других лиц к совершению преступления и необходимости оценки их действий, то они не основаны на требованиях ст.252 УПК Российской Федерации о пределах судебного разбирательства, и на материалах дела, из которых видно, что предварительное и судебное следствие проведено в полном объеме, установлено наличие умысла у каждого из осужденных на оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, причинно-следственной связью между оказанием таких услуг и наступившими последствиями в виде смерти потерпевших.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденных на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Доводы адвоката Медведева В.В. о невыполнении требований, изложенных в апелляционном определении Верховного Суда Республики Крым при направлении уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела и вынесения законного решения.

Органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Доводы жалобы защитника Тарабриной Т.А. о нарушении судом первой инстанции тайны совещательной комнаты не может быть принят во внимание, поскольку объективных доказательств такого нарушения не указано, а доклад секретаря председательствующему о явке участников процесса на оглашения приговора, исходя из смысла ст.298 УПК РФ, не может расцениваться как такое нарушение.

Не основаны на требованиях Закона и утверждения защитника Тарабриной Т.А. о нарушении ст.237 УПК РФ и предъявлении Орлову М.П. после направления дела прокурору более тяжкого обвинения. Уголовно-процессуальный закон, п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ предусматривает возвращение уголовного дела прокурору, в том числе, при наличии оснований для квалификации действий лица как более тяжкого преступления.

При назначении наказания Орлову М.П. и Федорову А.А. суд первой инстанции в соответствии со ст.60 УК РФ учел обстоятельства совершения преступления, характер и степень общественной опасности совершенных осужденными деяний, данные о личности каждого осужденного и влияние назначенного наказания на их исправление, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, и пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для назначения осужденным наказания в виде лишения свободы, а также возможности не назначать дополнительного наказания.

Оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ и изменении категории совершенного преступления, с учетом обстоятельств содеянного и личности осужденных, суд обоснованно не усмотрел. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Выводы суда о необходимости назначения наказания Орлову М.П. и Федорову А.А. виде лишения свободы и отсутствии оснований для применения положений ст.ст.73, 64 УК РФ в приговоре суда надлежащим образом мотивированы, не согласиться с ними, учитывая высокую степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения – предоставление таких небезопасных услуг неограниченному числу лиц, у судебной коллегии оснований также не имеется.

Назначенное Орлову М.П. и Федорову А.А. наказание судебная коллегия находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных преступлений и личности виновных, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Оснований для смягчения назначенного наказания, снижения его размера, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При разрешении судом вопросов относительно меры пресечения, суд первой инстанции учел требования ст.ст.307-308 УПК РФ и обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для её изменение на содержание под стражей, поскольку назначил наказание осужденному Орлову М.П. с его реальным отбыванием. Оснований для изменения приговора в этой части судебная коллегия не усматривает, а доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО15 отклоняются как необоснованные.

Аналогично не подлежат удовлетворению и доводы апелляционной жалобы осужденного Орлова М.П. на постановление об объявлении его в розыск от 14.02.2018. Такое решение судом принято в рамках действующего уголовно-процессуального законодательства, исходя из фактической неявки осужденного на оглашение приговора, наличия обоснованных рисков того, что Орлов М.П. имеет возможность уклониться от отбывания наказания.

С учетом совокупности всего изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб, а также постановления о розыске Орлова М.П. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 14 февраля 2018 года в отношении Орлова Михаила Петровича и Федорова Александра Александровича и постановление Ялтинского городского суда Республики Крым от 14 февраля 2018 года о розыске осужденного Орлова Михаила Петровича – оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Орлова М.П., адвокатов Глинкина Д.А., Яшиной А.В., Тарабриной Т.А., Медведева В.В. – без удовлетворения.

Председательствующий С.Н.Погребняк

Судьи А.Н.Хиневич

Ю.А.Латынин